У каждого свой Сталин

В связи с выходом нового номера журнала «Дилетант» разгорелась нешуточная баталия между «патриотами» и «либералами» о том, как оценивать фигуру Сталина. Ломаются копья, оппоненты рвут друг друга на британские флаги. Одни упираются, что Сталин – это «наше все и если бы не он…», другие – «он был тиран, при котором все дрожали».

То, что истина находится посередине, невдомек ни тем, ни другим. Тем более, что те, кто запустил весь этот спор, как раз чувствовали бы себя прекрасно при Сталине, не Сталине и так далее.

На самом деле, очень правильную вещь говорит Павел Пряников в своем телеграм-канале «Толкователь» (настоятельно рекомендую читать его, умные вещи человек говорит). Так вот, разбираясь в Сталине и его влиянии на всю историю нашей страны, нельзя слушать ни только одних «патриотов», ни только одних «либералов».

Потому что Сталин не вписывается ни в одну схему. И в схему националистов, хрустобулочников и прочих тоже не вписывается. А одни пытаются сделать его иконой, другие же – темным властелином.

Потому что никто почему-то не замечает одного – Сталин, как верный ученик Ленина, обладал такой же поразительной способностью моментально перестраиваться под текущий момент. Если угодно, «переобуваться в прыжке». И вот этой многогранности Сталина почему-то никто в упор не замечает.

Потому что Сталин – это программа индустриализации. Да, одновременно с коллективизацией. Но вместе с тем и с гуманизацией патриархального и жестокого крестьянского главным образом общества, потому что всю культурную верхушку благополучно смели. Это огромный социальный эксперимент с введением всеобщего образования и уравниванием возможностей для всех.

Кстати, многие нынешнее либералы, которые суть всего лишь потомки советской номенклатуры, начинают свою генеалогию именно с периода 1925 по примерно 1935 годы, когда у их предков появилась возможность благодаря своей работоспособности и энергии пробиться наверх.

Но Сталин – это и мясорубка, которая в 1937 году захлестнула самые верха, почему этот год и стал нарицательным. Это подписанные им самим расстрельные списки и еще большие списки, подписанные подчиненными ему «инициативными товарищами», которые потом, в 1956 году постараются все свалить на него одного.

Между прочим, то, что творилось в 1937 году, многие тогда воспринимали резко положительно. Настоятельно рекомендую ознакомиться с дневником Пришвина или жены Булгакова. Они искренне радовались тому, что «пламенных коммунистов» отправляли в расход.

А еще Сталин – и это возможно самое главное – тот стержень, вокруг которого крепилось государство в 1941-1945 году. И да, Сталин – это и пакт о ненападении с Германией, который СССР подписал чуть ли не последним из европейских стран.

Для кого-то Сталин это Окуджава с его «Ах, Арбат» и «О чем ты успел подумать, отец расстрелянный мой» (кстати, Окуджава совершенно напрасно при этом не упоминал за что он был расстрелян и сколько он сам людей погубил). Для кого-то – великий полководец и стратег.

Для кого-то прогрессор, при котором заводы строили, а не закрывали. Для кого-то тиран, который ради укрепления страны, не считался с отдельными винтиками из которых эта страна состояла.

Тем более, что все мы в итоге переносим образ Сталина на наши дни, прекрасно понимая, что вернись он сейчас, 1937 год показался бы сущей безделицей.

Просто у каждого из нас свой Сталин. Вот и все.