Наклонился отец к маленькому сыну: Я скоро вернусь. И ушел навсегда(памяти Победителей ко Дню Победы

Какое простое имя у героя. Иван Иванович Иванов. Он проснулся по тревоге, ранним утром 22 июня, 41-го года. Эта дата выбита на памятнике герою. Утро было последним в его жизни. Мимо идет автострада. Люди останавливаются, тихо стоят у величественного памятника. Кто он, летчик, погибший в первые минуты войны?

На 25-й минуте войны Старший лейтенант шагнул в своё бессмертие... Родная деревня Чижово теперь вошла в состав города Фрязино, в Подмосковье. Отец был кузнецом, что весьма поспособствовало развитию физической силы парня. На соревнованиях с деревенскими ребятами, он на вытянутой руке поднимал пудовую гирю.

В 31-ом его призвали на срочную службу. Уже в военкомате он заявил, что хочет летать. Тогда все хотели на самолеты. Время было такое. Просьбу уважили – парень был уж очень сильным. Считалось, что это главный показатель. Он уехал в летную школу в Одессе. Учился охотно, и быстро осваивал навыки летного дела.

Через два года лейтенант Иванов Иван был выпущен с аттестатом старшего летчика – бомбардировщика. Характеристика гласила: …Может летать ночью и днем. Отличается повышенной выносливостью, владеет техникой полетов на высоте 8000 метров…отлично водит самолет. Имеет опыт боевых вылетов на финском фронте.

В части была художественная самодеятельность. Иван прекрасно пел. У него был лирический тенор. В субботу, 21 июня, 41-го года, в полковом клубе шел концерт. Иван пел. Аплодисменты рекой лились среди зала. И жена была рядом. Она приехала навестить мужа на сборах. Накануне прошли проверки высшим командованием. Разумеется, он все испытания сдал на отлично. Настроение хорошее, почему бы и не спеть для однополчан.

Но ранним утром его разбудил вестовой: тревога. К аэродрому бежали со всех сторон летчики, техник, солдаты обслуги. Наклонился отец к маленькому сыну: «Я скоро вернусь». И ушел навсегда.

В селе, где дислоцировался полк, стояла идиллическая атмосфера. Пели петухи, мычали коровы. Он подумал, что это очередная проверка. А проверок Иван не боялся. Тревоги бывали и раньше. Все бежали по утренней росе к самолетам, как положено, согласно штатному расписанию. Летчики привыкли к напряженному ритму лагерной жизни. Все было обычным.

Только сердце почему-то щемило. Граница была рядом, а там, за кордоном, все неспокойно. Еще спали его односельчане, еще спала жена и маленький сын, а летчик, с простой русской фамилией Иванов, уже взлетал в небо. С ним в небо ушло его звено. Они не знали, что уже идет война. Германия нарушила воздушное пространство СССР.

Страна не слышала еще объявления войны, а снаряды уже рвались на территории Украины, Белоруссии, Прибалтики. Горели города и села, кричали раненые люди, лежали убитые, растерзанные взрывами дети. Иван на любых проверках летал бесстрашно. Страх отсутствовал. На последней проверке смело и грамотно провел все стрельбы. Но это были учения.

Теперь в небе была война.

Но он еще не знал этого. Звено патрулировало небо, прикрывая аэродром, город, окружающие села. Задача известная, и хорошо обкатанная. И вдруг, со стороны границы все услышали нарастающий гул чужих самолетов. Теперь сомнений нет. Это война. Вражеские самолеты, груженные смертью, летят бомбить советские города, села, предприятия, школы и больницы.

По дорогам двигались немецкие танки, вспарывая гусеницами русскую землю.

Юнкерсы подкрадывались к спящему городу на небольшой высоте. Он знал эти самолеты – встречался с ними на финском фронте. Звено бросилось на врага, заставив огненными трассами повернуть Юнкерсы обратно. Немецкий двухмоторный бомбардировщик (часто и разведчик) Heinkel He-111. Но горючее в баках заканчивалось. Иван видел, как садятся его сослуживцы, как другие готовятся к взлету, но тут опять небо загудело чужим звуком авиационных моторов. Шла тройка Хейнкелей.

Он бросил свой юркий И-16 на врага. Выстрел. Головная машина задымилась и ушла в сторону. Второй немец последовал за ним, отстреливаясь. А третий летел вперед. Иванов ударил сбоку очередью по фюзеляжу. Но сбить фашиста не удавалось. Смерть летела вперед. Пулеметы советского летчика замолчали – кончился боезапас. Он остался в небе без горючего, без боезапаса. Но с неуемной яростью к врагу.

Самолет гитлеровца нахально шел к цели, как будто смеясь над летчиком. Ну уж нет. Иванов был смелым человеком, того же требовал от подчиненных. Умел летать и учил это делать других. Стрелял снайперски. Да вот патроны закончились. Говорил, что, если промазал из пулемета, не попал снарядом, дави врага самолетом. Старший лейтенант Иванов воплотил свое кредо в жизнь.

Самолет натужно ревет. Горючее уже на нуле. Осталось тридцать метров между самолетами. Он хотел отрубить винтом самолета хвост врага. А с земли весь авиаполк наблюдал картину воздушного боя. Немец пытался увернуться, но ястребок рубанул по хвосту. Хейнкель завалился в поле, взорвался. На краю русского поля отыскали самолет старшего лейтенанта Иванова.

На руке его остановившиеся часы показывали 4 часа, 25 минут, 22 июня.

Это был первый таран Великой Отечественной войны. Когда-то, именно здесь, русский летчик Нестеров, таранил австрийский самолет в 1914 году. Это был первый в мире таран. На 25-й минуте войны Старший лейтенант шагнул в своё бессмертие. Но он шёл к звёздному часу всю жизнь. Герой Советского Союза, старший лейтенант Иванов Иван Иванович. Летчик, с самым простым именем в России. Автор: Валентина Сбродовская (ваша покорная слуга)

Подробнее ➤