«Я не пишу, я творю этот мир»: так что же думают мастера о деле всей своей жизни

Вопрос, который, так думаю, сбивает с толку любого, кто пишет: «Зачем ты пишешь?»

Вопрос писателю: «Считаете ли вы себя великим?» — не нуждался бы в долгих раздумиях. Другое дело этот: «Зачем ты пишешь?»

Бегбедер ответил так: «Писатель — это отшельник, создающий для себя общество, но в первую очередь это человек, пытающийся оправдать свое существование».

Довлатов в интервью журналу «Слово» сказал: «Я лично пишу для своих детей, чтобы они после моей смерти все это прочитали и поняли, какой у них был золотой папаша, и вот тогда, наконец, запоздалые слезы раскаяния хлынут из их бесстыжих американских глаз!».

А что думают другие?

В книге Мередит Маран «Зачем мы пишем?» 20 писателей-современников делятся своими творческими успехами, а мы в свою очередь делимся цитатами из книги, которые немного, но помогают приоткрыть тайну силы, которая движет творцами.

Дэвид Балдаччи

«Если сочинение книг было бы запрещено законом, я сидел бы в тюрьме. Я не могу не писать. Настоящая зависимость. Когда фразы легко ложатся, а интрига льется сплошным потоком — да это лучше любого наркотика. Сочинительство не просто поднимает настроение. Оно все делает лучше.»

Дженнифер Иган

Когда работа идет отлично — а я стараюсь не писать шаблонно, меня будто подключают к скрытому источнику и я питаюсь его энергией. В такие минуты мне неважно, если в жизни что-то идет не так, ведь у меня есть собственный альтернативный генератор. Когда работа дается с трудом, мне становится плохо — так же плохо, как в моменты, когда я не пишу, а может быть, и хуже. В моей защите появляется пробоина, и происходит утечка энергии. Даже если в текущей жизни все отлично, я чувствую себя так, будто случилось что-то ужасное. Я с трудом переношу, когда что-то сбивается с пути, поэтому стараюсь находить маленькие радости в хорошем.

От себя хотелось бы добавить: есть дело, которое ты не предаешь. Ты можешь решить, что тебе нужен английский, а потом бросить английский. Можешь решить, что твое призвание — это пение, и петь. Но не долго. Можешь решить, что тебе нужна гимнастика, но после защемленного нерва тоже все бросить.

Так вот, лично для меня, бросить писать — невозможно. Можно не писать сегодня, завтра, неделю, но не делать этого вообще, забросить процесс полностью — нет, только не в моем случае.

Поэтому ответ будет такой: я пишу, потому что не могу бросить, потому что моя писательская занятость сильнее моего мнения об этой занятости.

Я очень зависима от слова.