Совершенствование видов ответственности за неисполнение требований судебных актов и актов иных орган

Совершенствование видов ответственности за неисполнение требований судебных актов и актов иных органов

Аннотация. В статье автор рассматривает проблему совершенствования видов ответственности за неисполнение судебных актов и актов иных органов.

Ключевые слова: административные правонарушения, исполнительное производство, ответственность в исполнительном производстве.

Одними из важных и проблемных вопросов применения мер принудительного исполнения при исполнении судебных актов и актов иных уполномоченных органов о взыскании денежных средств, передаче гражданам и организациям имущества, о совершении в их пользу определенных действий либо воздержании от совершения определенных действий, а также при неисполнении законных требований судебных приставов-исполнителей остаются вопросы, связанные с привлечением лиц, виновных в нарушении законодательства об исполнительном производстве, к ответственности [6].

Ответственность в исполнительном производстве является правовой гарантией обеспечения должного поведения субъектов правоотношений, возникающих в ходе исполнительного производства. Она способствует пресечению и предупреждению правонарушений, восстановлению нарушенных прав и охраняемых законом интересов взыскателей.

Основными видами являются гражданско-правовая, административная и уголовная ответственность. Среди них особое место занимает гражданско-правовая ответственность в силу присущей ей компенсационной функции.

Следует заметить, что на специфику гражданско-правовой ответственности в исполнительном производстве существенное влияние оказывают публично-правовые характеристики складывающихся здесь правоотношений. Так, указанная ответственность:

а) может применяться наряду с публично-правовой ответственностью;

б) реализуется исключительно через суд;

в) опосредуется специальными нормами действующего законодательства, в частности бюджетного законодательства (в первую очередь в части процедур применения);

г) как правоотношение имеет специальный субъектный состав, например, основными такими субъектами выступают взыскатель, должник, кредитная организация, судебный пристав-исполнитель[8].

Специфика оснований гражданско-правовой ответственности в исполнительном производстве обусловлена тем, что здесь складываются своеобразные правоотношения, связанные с публично-правовой сферой.

В исполнительном производстве отношения возникают между судебным приставом-исполнителем, который наделен властными публичными полномочиями, является представителем государства и действует от его имени, с одной стороны, и участниками исполнительного производства, с другой стороны.

Кроме этого отношения возникают также непосредственно между сторонами или участниками исполнительного производства.

Если в первом случае возникшие отношения являются вертикальными, отношениями власти и подчинения, то вторые - горизонтальными.

Соответственно, штрафы как публично-правовые санкции в исполнительном производстве налагаются только при условии наличия противоправности деяния и вины правонарушителя, и налагаются они при наличии вертикальных отношений.

Особенность же условий привлечения к гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный судебным приставом-исполнителем, состоит в том, что хотя состав правонарушения является полным, но его вина презюмируется, а при возложении гражданско-правовой ответственности на иных участников исполнительного производства требуется установление полного состава правонарушения путем доказывания каждого условия, в том числе и вины.

На основании анализа судебной практики также правомерно утверждать, что суды признают существование такой меры гражданско-правовой ответственности должника в исполнительном производстве, как взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами по ст. 395 ГК РФ [2] при неисполнении денежного обязательства. При этом взыскание процентов должно осуществляться за все время фактического неисполнения денежного обязательства должником.

Административные правонарушения в области исполнительного производства входят в категорию наиболее распространенных. Предупреждение этих правонарушений, сдерживание их роста обусловливают необходимость планирования и реализации определенного спектра мер экономического, организационного и правового характера. Административная ответственность является одним из основных средств борьбы с рассматриваемыми правонарушениями.

Административная ответственность в исполнительном производстве заключается в обеспечении правомерного поведения лиц, участвующих в исполнительном производстве, предупреждении правонарушений, восстановлении нарушенных прав и интересов граждан и организаций[7].

Анализ нормативных правовых актов, научной литературы позволяет заключить, что под административной ответственностью за нарушения законодательства об исполнительном производстве следует понимать меры, применяемые судом, судебным приставом-исполнителем в отношении административного нарушения законодательства об исполнительном производстве, в процессе реализации которых с правонарушителя истребуется объяснение о совершенном деянии, само деяние подвергается официальной правовой оценке, и на основе этой оценки к лицу применяется одно из административных наказаний.

Статья 17.14 КоАП РФ устанавливает административную ответственность за нарушение законодательства об исполнительном производстве.

Административная ответственность в исполнительном праве - институт, находящийся в стадии формирования и требующий дальнейшего совершенствования. Разработка проблемы ответственности имеет практическое значение, так как должна способствовать точному формулированию исполнительных документов, а также правильному толкованию и применению норм исполнительного права и являться необходимым условием упрочения законности в исполнительном производстве.

В Долгосрочной программе повышения эффективности исполнения судебных решения на 2011-2020 годы в части совершенствования механизма юридической ответственности предлагается:

«а) установление единого административно-правового запрета на неисполнение исполнительного документа по имущественным и неимущественным требованиям;

б) установление единого уголовно-правового запрета на неисполнение судебного акта, обязывающего совершить определенные действия (воздержаться от совершения определенных действий) для граждан и должностных лиц» [9].

И, действительно, в настоящее время ст. 17.15 КоАП РФ предусмотрена ответственность за неисполнение должником содержащихся в исполнительном документе требований только неимущественного характера. При этом необходимо установить административную ответственность за неисполнение любых требований, независимо от их характера, содержащихся в исполнительном документе. Данная норма послужит стимулом для добровольного исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе, а также мерой превентивного характера, что полностью соответствует задачам законодательства об административных правонарушениях, указанным в статье 1.2 КоАП РФ[4].

Также федеральным законом от 28.11.2015 г. № 340-ФЗ была введена статья 17.17 в КоАП РФ и установлена административная ответственность за нарушение установленного в соответствии с законодательством об исполнительном производстве временного ограничения на пользование специальным правом в виде управления транспортным средством.

Данная мера уже встретила неоднозначные отклики, как в средствах массовой информации, так и в научной литературе. Однако, на наш взгляд, это одна из наиболее действенных мер в области исполнительного производства, побуждающая должника к погашению его просроченной задолженности. При этом, названные меры нацелены не столько на непосредственное исполнение требований судебного акта, сколько на стимулирование должника к его исполнению путем воздействия на иные, чем имущественные, факторы, мотивы и доминанты поведения должника.

А.В. Юдин справедливо отмечает: «исполнительные действия, сопряженные с ограничением специальных прав, предполагают ограничение прав, имеющих личный характер, поскольку специальное право, в котором ограничивается должник, тесно связано с его личностью и является в своем роде уникальным и неотчуждаемым (так, например, право управления транспортным средством).

Таким образом, действия по ограничению специальных прав, непосредственно не будучи связанными с исполнением судебного акта направлены не столько на исполнение требований исполнительного документа, сколько на стимулирование к исполнению требований, содержащихся в нем» [10].

Исходя из положительной практики применения органами принудительного исполнения временных ограничений на выезд за пределы Российской Федерации, на пользование специальным правом должником, представляется целесообразным изучить иные возможные меры ограничения прав должника в различных сферах (правовых, социальных, экономических), применяемые в общемировой практике.

В настоящее время отечественное законодательство не рассматривает и не допускает в качестве способов воздействия на должника в рамках исполнительного производства такие меры, как:

а) арест за неисполнение требований исполнительного документа;

б) лишение лицензии или отзыв специального разрешения на определенные виды работ и услуг;

в) уведомление кредитных и иных финансовых организаций о неплатежеспособности должника и т.п. [5]

Между тем, следует сказать, что эти меры широко и активно применяются в рамках процедур принудительного исполнения в зарубежных странах (в США и многих западно-европейских странах) и позитивно сказываются на повышении его эффективности в части реального исполнения требований по исполнительным документам.

В научной литературе высказываются точки зрения, согласно которым арест является очень эффективной мерой в области принудительного исполнения[5].

Безусловно, арест как средство принудительного воздействия в сфере исполнительного производства, в сфере гражданско-правовых отношений, это радикальная мера, но возможно, что именно ее применение окажет превентивное воздействие на должников, уклоняющихся от своевременного погашения задолженностей и станет своеобразным жестким ответом со стороны законодателя на современные проблемы повышения эффективности системы принудительного исполнения.

Более того, анализ отечественного законодательства позволяет заключить, что в соответствии со ст. 20.25 КоАП РФ допускается применение административного ареста в отношении лиц, которые не оплатили штраф в установленный законом срок. Исключение составляют:

-иностранные граждане и лица без гражданства в случае, если они своевременно не уплатили административный штраф, который был назначен им одновременно с административным выдворением за пределы Российской Федерации;

-лица, не уплатившие штраф за совершение административного правонарушения в области дорожного движения, предусмотренного главой 12 КоАП РФ и зафиксированного с применением работающих в автоматическом режиме специальных технических средств, имеющих функции фото-и киносъемки, видеозаписи, или средств фото-и киносъемки, видеозаписи.

В таком случае непонятно, почему законодатель допускает возможность применения ареста к неплательщикам штрафов, и считает невозможным применение этой меры к остальным категориям недобросовестных должников, уклоняющихся от уплаты иных задолженностей по другим видам исполнительных документов.

Считаем, что такое положение устанавливает своеобразное преимущество одних взыскателей над другими, а следовательно влечет нарушение конституционного принципа равноправия всех субъектов правоотношений.

Учитывая вышеизложенное, считаем, что арест должен стать мерой принудительного воздействия, применяемой не только к лицам, своевременно не уплатившим штраф, но и ко всем остальным недобросовестным должникам, уклоняющимся от уплаты иных задолженностей по другим видам исполнительных документов. В этой связи целесообразно разработать соответствующие поправки к КоАП РФ.

Разработчиками Долгосрочной программы повышения эффективности исполнения судебных решения на 2011-2020 годы справедливо указывается на тот факт, что «согласно действующей редакции статьи 315 УК РФ применение уголовной ответственности за неисполнение решения суда или иного судебного акта допускается исключительно в отношении представителя власти, государственного служащего, служащего органа местного самоуправления, а также служащего государственного или муниципального учреждения, коммерческой или иной организации.

При этом из перечня лиц, на которых распространяется уголовно-правовая норма, предусмотренная статьей 315 УК РФ, в настоящее время необоснованно исключены индивидуальный предприниматель и арбитражный управляющий. Указанные лица являются активными участниками гражданского оборота и правовые последствия их хозяйственной деятельности в большинстве случаев тождественны последствиям, которые наступают в результате деятельности руководителей коммерческих организаций» [3].

Кроме того, «необходимо включение в состав субъектов нормы статьи 315 УК РФ физических лиц, так как применение административной ответственности не всегда побуждает физическое лицо к исполнению судебного акта, а последствия неисполнения судебного акта имеют значительную общественную опасность. Последствиями такого неисполнения является снижение авторитета судебных органов и государства в целом» [3].

Анализ практики применения существующих видов ответственности за неисполнение требований судебных актов и актов иных органов позволяет говорить о необходимости совершенствования института ответственности в исполнительном производстве в целом.

Резюмируя вышеизложенное, представляется возможным сделать следующие краткие выводы.

1. Полагаем, что применение ограничения специальных прав допустимо лишь в тех случаях, когда такие права не являются единственным основным источником заработка лица, в отношении которого планируется применение этих мер (например, лишение права управления для водителя), а также когда такие права не являются средством ограничения иных естественных (личных) прав (например, лишение права управления лица с ограниченными возможностями).

2. На наш взгляд, ограничение специальных прав является средством эффективного воздействия на лиц, уклоняющихся от исполнения содержащихся в исполнительном документе требований как имущественного так и неимущественного характера. При этом судебный пристав-исполнитель при принятии решения о применении ограничения специальных прав должен учитывать индивидуальные особенности лиц, в отношении которых планируется применение этих мер в целях предотвращения нарушения законных прав и интересов должника.

3. Исследование положительного зарубежного опыта позволяет заключить, что в настоящее время отечественное законодательство не рассматривает и не допускает в качестве способов воздействия на должника в рамках исполнительного производства такие эффективные меры принудительного воздействия, как:

а) арест за неисполнение требований исполнительного документа;

б) лишение лицензии или отзыв специального разрешения на определенные виды работ и услуг;

в) уведомление кредитных и иных финансовых организаций о неплатежеспособности должника и т.п.

4. Считаем, что арест как средство принудительного воздействия в сфере исполнительного производства это радикальная мера, но возможно, что именно ее применение окажет превентивное воздействие на должников, уклоняющихся от своевременного погашения задолженностей и станет своеобразным жестким ответом со стороны законодателя на современные проблемы повышения эффективности системы принудительного исполнения.

Более того, анализ отечественного законодательства позволяет заключить, что в соответствии со ст. 20.25 КоАП РФ допускается применение административного ареста в отношении лиц, которые не оплатили штраф в установленный законом срок.

В таком случае непонятно, почему законодатель допускает возможность применения ареста к неплательщикам штрафов, и считает невозможным применение этой меры к остальным категориям недобросовестных должников, уклоняющихся от уплаты иных задолженностей по другим видам исполнительных документов. На наш взгляд, такое положение устанавливает своеобразное преимущество одних взыскателей над другими, а следовательно влечет нарушение конституционного принципа равноправия всех субъектов правоотношений.

Учитывая вышеизложенное, считаем, что арест должен стать мерой принудительного воздействия, применяемой не только к лицам, своевременно не уплатившим штраф, но и ко всем остальным недобросовестным должникам, уклоняющимся от уплаты иных задолженностей по другим видам исполнительных документов. В этой связи целесообразно разработать соответствующие поправки к КоАП РФ.

Литература

1. Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12 дек. 1993: (с учетом поправок от 30.12.2008 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ, от 05.02.2014 № 2-ФКЗ, от 21.07.2014 № 11-ФКЗ) // Собрание законодательства РФ. – 2014. – № 31. – Ст. 4398.

2. Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая [Текст] : федер. Закон от 30.11.1994 г. № 51-ФЗ: принят Гос. Думой 21.10.1994 г. (с послед. Изм. и доп.).

3. Уголовный кодекс Российской Федерации [Текст] : федер. Закон от 13.06.1996 г. № 64 – ФЗ: принят Гос. Думой 24.05.1996 г. (с послед. Изм. и доп.)

4. Кодекс об административных правонарушениях Российской Федерации [Текст] : федер. Закон от 30.12.2001 г. № 195-ФЗ: принят Гос. Думой 20.12.2001 (с послед. Изм. и доп.)

5. Грицай О.В. О совершенствовании процедуры исполнительного производства в Российской Федерации [Текст] / О.В. Грицай // Юридический вестник Самарского университета. – 2017. – Т. 3. – № 1. – С. 51 – 55.

6. Гурай Г.А. Меры ответственности за неисполнение судебных актов и актов иных уполномоченных органов, а также неисполнение законных требований судебных приставов-исполнителей [Текст] / Г.А Гурай // Исполнительное право. – 2009. – № 4. – С. 2 – 6.

7. Десятик М.С. Исполнительное производство как правовой институт российского законодательства [Текст] / М.С. Десятик // Исполнительное право. – 2011. – № 2. – С. 26 – 29.

8. Исполнительное производство: процессуальная природа и цивилистические основы [Электронный ресурс] / под ред. Д.Х. Валеева, М.Ю. Челышева. – М. : Статут, 2007 // КонсультантПлюс: справочные правовые системы: Комментарии законодательства. – Режим доступа: http: //www.consultant.ru/software/systems.

9. Проект Минюста России «Долгосрочная программа повышения эффективности исполнения судебных решений (2011-2020 годы)» [Текст] // Практика исполнительного производства. – 2011. – № 1 – 2. – С. 16 – 48.

10. Эффективность принудительного исполнения судебных решений и актов других органов [Электронный ресурс] : сб. материалов Международной научно-практической конференции, г. Казань, Казанский (Приволжский) федеральный университет, 8 - 11 июня 2011 г. / отв. ред. А.О. Парфенчиков, Д.Х. Валеев. – М. : Статут, 2011 // КонсультантПлюс: справочные правовые системы: Комментарии законодательства. – Режим доступа: http: //www.consultant.ru/software/systems.