Чем больше особняки, тем хуже управление.

Ежегодный ритуал

Ежегодный ритуал представления деклараций российскими начальниками в его нынешнем виде больше всего похож на процедуру сдачи медицинских анализов человеком, который в принципе не планирует лечиться — вне зависимости от результатов исследования. Рейтинг богатых или бедных чиновников, которым увлекаются СМИ, смахивает на обсуждение нарядов светских львиц на вечеринке. Да, у начальников (а особенно у отдельных начальственных жен) много денег. Но что дальше? Жен и денег должно быть меньше? Почему? И вообще, если уж российский начальник поведал, сколько у него имеется квадратных метров, гаражей и автоприцепов, — можете не сомневаться, все эти штучки оформлены на бумаге в точном соответствии с действующим законодательством.

Даже на вопрос — «откуда столько?» — у министра-капиталиста есть универсальный ответ: занимался бизнесом, заработал в девяностые. В самом деле, что было делать настоящему государственнику в то сложное время? Партизанить в тылу у олигархов? Занимался бизнесом, чем же еще.

Начальник, не дрогнув лицом, отчитывается перед публикой о своем благосостоянии. Он знает — если старшие товарищи решат, что начальнику пора сменить особняк на Рублевке на камеру в «Лефортово», никакая декларация его не защитит. А если не решат — какая разница, что там написано.

Должно ли нас вообще волновать содержание чиновничьей декларации о доходах?

Но должно ли нас вообще волновать содержание чиновничьей декларации о доходах? Давайте поставим вопрос иначе: а сколько должен получать государственный человек за исполнение своих обязанностей? И нельзя забывать, что мы вправе ожидать от начальника не только честности, но и компетентности. Может быть, министр действительно принимает настолько мудрые решения, что миллионные доходы для него — всего лишь справедливая компенсация? Общий ход событий этого тезиса как будто не подтверждает. Но как знать, быть может, усилия министра удерживают нас от гораздо худшего.

Как же следует правильно мотивировать чиновника к честной работе?

Похожую задачу, кстати, приходится решать акционерам крупных компаний, нанимающих менеджеров для управления своей собственностью. Правительственный начальник, в сущности, не бог, не царь и не герой — с точки зрения и политической и экономической теории он всего лишь высококвалифицированный специалист, которому граждане через своих посредников доверили решение определенных задач, выделив ему на это дело известную сумму денег. Как бы нам только придумать такой механизм мотивации, который бы заставил и управляющего компанией, и управляющего министерством не только держаться в рамках приличий, но и думать сначала об интересах нанимателей, а потом уже о своих собственных?

Как мы понимаем, идеальный механизм мотивации для начальства до сих пор не придуман нигде. Но 12 лет назад экономисты Дэвид Ермак и Крокер Ли из Университета Аризоны взглянули на проблему иначе. Они решили проанализировать не доходы, а расходы боссов большого бизнеса, собрав данные о недвижимом имуществе руководителей 500 крупнейших американских компаний. Нет ли связи между стоимостью дома топ-менеджера с будущими достижениями возглавляемой им фирмы, подумали ученые.

Связь нашлась, причем негативная. Чем дороже был дом, который покупал директор, тем хуже оказывались результаты компании.

Почему так происходит?

Возможные (и самые разнообразные) причины этого занятного явления довольно подробно раскрывал в своих книгах и статьях экономист Константин Сонин, впервые рассказавший российскому читателю о работах Ермака и Ли. Нам же важен сейчас итоговый вывод

— чем более роскошную жизнь ведет начальник, тем хуже обстоят дела во вверенном ему ведомстве.

Надо сказать, поведение российских начальников эту теорию тоже подтверждает. Самое верное здесь доказательство — крайне болезненное отношение руководителей российских госкорпораций к любой информации, связанной с их расходами и образом жизни. Казалось бы, придя к успеху, чего тебе стесняться? Вон министры спокойно рассказывают о своих миллионных доходах и деловых успехах жен. Почему бы государственному бизнесмену не зарабатывать больше министра? Чего бояться директору государственного банка? Вряд ли начальники читали статьи экономистов из Аризоны, но зато собственные внутрикорпоративные отчеты они читали наверняка. И их страх перед раскрытием сведений о собственной жизни — производная от страха перед раскрытием сведений о реальном положении дел в их компаниях.

Какой практический вывод из теории должны сделать мы?

Очевидно, следует махнуть рукой на начальственные декларации о доходах и обращать внимание исключительно на данные о расходах — вплоть до стоимости бриллиантов в ушах прекрасных спутниц начальства. Если расходы управляющих на свою шикарную жизнь будут расти — думайте, как избавиться от акций компании. Или как сменить ее управляющего.

Подробнее ➤