Почему нужно развивать инклюзивное образование?

В очередной раз в обсуждается вопрос инклюзивного образования, интересное интервью на сервисе коммерснта, более подробно - https://www.kommersant.ru/doc/4491338.

В начале сентября в российском интернете возобновилась дискуссия о праве детей с особенностями развития учиться в общеобразовательных школах. Причиной отчасти послужило сообщение в соцсетях директора благотворительного фонда «Дом с маяком» Лиды Мониавы о том, что ее подопечный Коля пойдет в общеобразовательную школу. Клинический психолог Татьяна Морозова, эксперт благотворительного фонда «Обнаженные сердца», приглашенный профессор кафедры детской неврологии университета Нью-Мексико (США), рассказала спецкору “Ъ” Ольге Алленовой, почему таким детям, как Коля, нужно учиться в общеобразовательных школах и что это даст им и окружающим.

«Пока в школах не появятся такие дети, инклюзия не произойдет».

— Что такое инклюзия?

— Инклюзия начинается с принятия. И наверное, конфликт, который мы наблюдали в социальных сетях вокруг устройства Коли в школу, связан именно с этим — не все готовы принять, что особенные дети вообще могут ходить на улицу, в парикмахерскую, в кафе, куда-то еще. Поэтому первый шаг в построении инклюзии — это изменения в головах. Людям надо принять, что человек с особенностями имеет ровно такие же права, которые есть у всех остальных людей, развивающихся типичным образом.

Когда общество признает право таких детей находиться рядом с остальными, то, даже если в школах еще не будет специальных возможностей для таких детей, это уже хорошее начало. Это еще не инклюзия, но уже интеграция. А инклюзия — это включение человека с особенностями в жизнь общества при создании таких условий, чтобы у него был такой же доступ ко всем услугам, что и у остальных. Доступ к транспорту, учреждениям культуры, образования, досуга. И это требует уже гораздо больших изменений в обществе — не только готовности принять, но и более глубоких профессиональных знаний.

— Вы сказали о праве человека быть рядом с остальным обществом. Что инклюзия начинается с принятия. То есть, если сегодня в школе нет ни специальных педагогов, ни специальной ресурсной среды, ребенок с инвалидностью все равно может туда прийти?

— Конечно, ведь если ребенок туда не придет, то инклюзии не возникнет. Не возникнет вот этого прецедента. Но наличие ребенка с особенностями в школе и даже наличие пандуса и специалистов не означает, что ребенка смогут включить.

— А что должно быть в школе, чтобы ребенка включили?

— Первое условие — законодательство, и оно у нас в России есть. Нынешний закон об образовании подразумевает, что ребенок и его родители — а чаще всего, если речь идет о детях с серьезными нарушениями, это именно родители — имеют право на выбор любой школы рядом с домом. Когда выбор произошел, в этой школе должны быть созданы специальные образовательные условия для такого ребенка, а после этого должны прийти профессионалы со специальными знаниями.

— Где их взять?

— Вузовская система старается, но, к сожалению, это пока на уровне разговоров. Но в России есть некоторые организации, которые не первый год занимаются обучением педагогов, у них это реально получается не только на бумаге.

— Какие это организации?

— Сейчас появилось много организаций, которые работают с разными категориями школьников. Если говорить про детей с аутизмом, то это и «Обнаженные сердца», и фонд «Выход», и «Аутизм-регионы», и Центр проблем аутизма. Очень много для юридического сопровождения инклюзии делает правовая группа ЦЛП.