Беженцы на курсах немецкого. Часть 1. Девушка из Талибана

Фото Автора: Ольга Губина

Курсы немецкого, где я познакомилась с беженцами

В самый разгар карантина я оказалась в Австрии со своим женихом, потеряв работу в Шанхае. Карантин спал, а моя австрийская семья отправила меня в языковую школу на интенсивный курс немецкого.

Идею ходить на курсы каждый день я восприняла с энтузиазмом, так как мне было очень одиноко: молодой человек каждый день работал, а мне оставалось писать на этом сайте и учить немецкий.

Жили мы в маленьком городке на границе с Германией в доме его родителей, все его друзья остались в Вене, мои в Шанхае. Ни о каких новых знакомствах в разгар бушующей пандемии речи не шло.

На первом занятии я плакала от счастья: на курсы пришли ещё 14 одиноких людей, таких, как я, среди них была Самина.

Каждый из этих 14 человек заслуживает отдельной истории, но начну я с Самины, и если вам понравится, то будет продолжение.

Самина. Как девушке удалось сбежать с территории, которую контролирует Талибан

«Всем доброе утро, меня зовут Самина, мне 23 года, я из Афганистана и замужем», – поприветствовала всех ярко накрашенная девушка в хиджабе, когда до неё дошла очередь.

Нас очень смутило, что в нашей учебной группе в WhatsApp появился Мохаммед, которого нет на курсах. Оказалось, что Самине запрещено использовать собственные аккаунты и свой телефон. Имеется у неё только Инстаграм, где нет ни одной ее фотографии, да и тот зарегистрирован на почту ее мужа. Ей, в принципе, не разрешено фотографироваться: когда мы делали общее фото группы, она закрывала лицо. Поэтому, к сожалению, фото девушки не могу показать.

Больше всего меня удивило, что Самина родом с территорий, которые контролирует Талибан, а точнее тот факт, что она каким-то образом добралась до Австрии. Для меня это долго оставалось загадкой, а спросить я стеснялась.

Однажды Самина поведала нам свою историю, как могла, на своём слабеньком, ломаном немецком. Постараюсь перевести максимально близко к содержанию, без прикрас:

«Талибан – это не место для девочки, девушки или женщины. (Так она называла место, где выросла. Имеется в виду поселение, которое находится под контролем Талибана.)

Моя мама всегда испытывала дикий страх за меня. Помимо меня были ещё дети – мальчики, но я их не помню, так как воспитывались мы отдельно.

Женщины там долго не живут. Я плохо помню это место, но хорошо помню свой страх. Меня с детства учили бояться мужчин. Однажды моя мама не выдержала и ночью отвела меня на улицу на скоростную трассу. (Было Самине на тот момент лет 10–11. Куда именно отвела ее мать, мне до конца не понятно, но скорее всего это была трасса за территорией, которую контролировал Талибан, возможно где-то под Кабулом.) Мать рисковала быть пойманной и убитой вместе со мной.

Она оставила меня там и сказала, что этой единственный шанс жить по-другому. Я не сопротивлялась, не плакала. С того момента я ее больше не видела. По дому я не скучаю, назад мне совсем не хочется».

Что было с Саминой дальше и как именно она попала в Австрию, мне в деталях не известно, а врать я не хочу. Известно одно, что в Европу девочка попала не сразу, а уже в зрелом возрасте, скорее всего, уже вместе с мужем, насколько я помню, около трёх лет назад. Выросла Самина уже под Кабулом, образования нет.

Возможно, когда-нибудь я спрошу ее об этом, и уже на хорошем немецком она расскажет мне полную историю.

Какая она? Самина из «Талибана»

Какая она, эта девушка с «Талибана»? Скромная, но общительная и приветливая, несмотря ни на что остаётся привлекательной молодой женщиной – всегда хороший макияж, красивая обувь (уж очень мне нравились ее всегда разные сандали, то со стразами, то цвета змеиной кожи, всегда хороший педикюр. Да, ступни у неё были часто открыты, что меня, кстати, удивило).

Самина вкусно готовит – как-то раз она принесла блюдо афганской кухни в нашу школу.

Ей тяжело в чужой стране, без знания языков, она не раз говорила:

«Муж работает в Германии, и мы видимся только на выходных, мне не с кем практиковать язык, я всегда одна в квартире».

Поэтому наша преподавательница приходила иногда к ней в гости на чай поболтать.

Сама Самина пока не может найти работу, так как ее не берут никуда из-за незнания языка.

Связи с родными у неё никакой нет, но каждый день она продолжает повторять последнюю фразу, которую ей сказала мать: «Талибан – это не место для женщины».