У историка-расчленителя Соколова случился припадок в суде

Сегодня в суде города Санкт-Петербурга заслушивали показания историка Соколова, убившего и расчленившего Анастасию Ещенко. Соколов признал вину, при этом он называл убийство "трагедией". Затем доцент пожаловался на сердечный припадок. Но вначале доцент сообщил, что никогда не носил мундир Наполеона, как писали в СМИ. Вот что сказал Соколов о своём "наполеоновском" образе: «Начну с того, что журналисты писали, в том числе автор одного немецкого издания, что я ходил в мундире Наполеона. Так вот - я никогда в жизни не надевал мундир Наполеона, я носил мундир дивизионного генерала наполеоновской армии.

Это удобное звание - человек такого звания может командовать целой армией, но может и небольшим гарнизоном. Ещё один мундир, который я часто носил - мундир генерал-лейтенанта русской императорской армии. В мундире Наполеона я никогда не принимал участия в мероприятиях». После этого он сразу признал вину в убийстве Анастасии Ещенко.

Прокомментировал Соколов и обращение «сир» в его адрес: "Сир" во Франции - обращение к коронованным особам и знатным людям, а не только к Наполеону. В этом нет никакого безумия, я никогда этого не требовал. Это просто уважительное обращение, мне и сейчас многие пишут, обращаясь - "сир".

Правда, сразу после этого Соколов сравнил себя с Петром Великим, заявив, что он основал реконструкторское движение в России, как Пётр основал Петербург.

Несмотря на признание вины и слова о раскаянии, Соколов продолжил называть убийство "трагедией". Несколько раз он посетовал, что "трагедия" прервала его научную работу. "К сожалению, трагедия прервала мою работу, выход моих работ в Испании. Я не успел дописать докторскую диссертацию..."

Затем Соколов пожаловался на сердечные боли и срочно попросил лекарство. Произошло это во время рассказа о вручении ему ордена Почётного Легиона (историк подробно описал, где и как это происходило). Судья попросила Соколова и его защитника Сергея Лукьянова умерить пыл и перейти к сути дела. Лукьянов возмутился, что Соколову не дают говорить, и сам схлопотал замечание от судьи. Затем взорвался, почти зарыдал Соколов: «Я не могу, это чудовищно, почему мне не дали говорить?! Принесите мне, там у меня в сумке, лекарство от сердца, в пакете у меня лежит...»

https://www.mk.ru/social/2020/10/12/u-istorikaraschlenitelya-sokolova-sluchilsya-pripadok-v-sude.html