Утки или куры, кто умнее?

Звучит почти как "быть или не быть?" Только в другом масштабе.

И если ты философ, то, даже попав в деревню, ты и там найдёшь приключение на свою... выберем красивый ответ: голову.

Так вот, долгое лежание в гамаке и наблюдение за деревенской живностью привели философа к быстрому и ясному ответу:

Утки однозначно умнее!

Что ж, теорема сформулирована!

"Даёшь доказательство!" Перед глазами проплыли красные транспаранты. Жара распаляет воображение, заворачивая в цвет обыкновенный воздух.

Что ж. Вот вам доказательство.

Вечер. Подворье клокочет птичьим рокотом. Громче всех стараются утки. Отряд численностью в 5 особей дружно устремляется к огромной луже, появившейся в огороде после утреннего дождя. Уткам - веселье, хозяйке - беда. В её планы это не входило. У уток для купания есть другое, специально отведенное место. Потому им прилетает сердитый нагоняй, сопровождаемый размашистыми движениями хворостины.

И утки послушно уходят туда, куда велено.

На следующее утро четверо из них снова устремляются к запретному месту. Проходят половину пути. Но вслед им снова прилетает нагоняй! На этот раз не от хозяйки, а от оставшейся "дома" пятой утки. И если присмотреться повнимательнее, то её несомненный интеллект проявляется не только в предусмотрительном кряканье, но и во внешности: великолепной короной расположен на маленькой голове пушистый круглый хохолок. Видимо, признак властвующей и повелевающей масти, потому что все 4 утки, не сговариваясь, резко поворачивают обратно.

Стоит ли говорить о зависти, которой в этот момент проникся наблюдатель - философ?

Нервно притаптывая выпавшую изо рта травинку и испытывая целую гамму впечатлений от увиденного, ошеломленный, он вдруг понял, что природное послушание - это великое благо, не требующее никаких усилий. И филосов в очередной раз приклонился перед мудростью создателя.

"Но почему же у нас, людей, все гораздо сложнее? Или мы где-то что-то упускаем? Но где? И что?" - думал он.

В глубокой задумчивости философ снова прилёг в гамак.

А в это время трое его малолетних детей втихушку поджигали в сарае старые газеты...