Ковид всё спишет. Эпизод второй.

Продолжение истории пациента, чьи жалобы на болезнь сердца - «слабость, одышку в покое, усиливающуюся при физической нагрузке», интерпретированы как симптомы COVID-19.

Восемь суток его лечили от коронавирусной инфекции, которой не было, а на девятые пациент умер от инфаркта миокарда…

Обжаловали постановление следователя. Подробно изложили мотивы несогласия с экспертным заключением, явившимся единственным основанием для принятия решения о прекращении уголовного дела. Указали на неполноту расследования - не допрошены свидетели, не изъяты и не приобщены документы, гистологический архив.

И от руководителя следственного отдела получили отказ…

Логика отказа сводится к отсутствию логики!

Посудите сами, потерпевшая сторона критикует выводы экспертов. Указывает на конкретные недостатки:

1. Отсутствие в составе комиссии врача-кардиолога, врача-рентгенолога и врача-анестезиолога-реаниматолога

Понимаете, если пациент умирает из-за болезни сердца, а эксперты в своём заключении сочли, что "лечение" указанного заболевания было правильным, то подобное суждение имеет право на существование лишь в том случае, когда в составе комиссии есть врач, имеющий сертификат по специальности "кардиология".

Подобное относится и к случаю, когда помимо медицинских карт на исследование экспертов представляют результаты рентгенографии: снимки, диски и т.п. Изучать последние должен исключительно врач-рентгенолог.

Если в медицинской документации имеются сведения о том, что пациента в течение тридцати минут "спасал" врач-анестезиолог-реаниматолог, то оценку правильности его действий имеет право давать специалист соответствующего профиля.

2. Отсутствие исследования гистологического архива.

После смерти пациента проведено патологоанатомическое вскрытие. Взят гистологический архив. Поскольку вскрытие и гистологическое исследование проводил врач-патологоанатом, эксперты, давая оценку правильности оказанного лечения, не вправе воздерживаться от повторного пересмотра гистологического архива.

3. Необоснованность вывода экспертов о расхождении клинического и судебно-медицинского диагнозов (морфологического диагнозов) первой категории.

На этом обстоятельстве останавливаться не буду. Однако отмечу, что врач-патологоанатом, проводивший вскрытие, указал на расхождение клинического и патологоанатомического диагнозов третей категории. Это достаточно веский довод в пользу того, что лечение пациента при жизни было бесполезным, т.е. неправильным.

Обязанность лица, разрешающего жалобу, проверить аргументы. Дать им оценку и, принять, либо отклонить. И коротко объяснить своё решение, т.е. мотивировать его.

Это по Уголовно-процессуальному кодексу РФ.

А по нашему делу руководитель следственного отдела сказал:

Раз эксперты не нашли нарушений, то и уголовное дело прекращено правильно.

И всё. И никакой оценки. И никаких мотивов. Про необходимость допроса в качестве свидетелей лиц, указанных нами, руководитель следственного отдела вежливо промолчал.

Помните, с Дона выдачи нет!? Вот и у нас из «красной зоны» её тоже нет.

Подаём очередную жалобу.

Продолжение следует.