Почему Тори не могут заменить Бориса.

Это была бы политика смерти для партии Тори.

Руководители определенного возраста помнят 80-е годы расцвета легкого развлекательного шоу «Свидание вслепую».

Ряд хорошо вымытых молодых мужчин и женщин соревнуются за то, чтобы их вывел потенциальный любовник, спрятанный по другую сторону экрана.

Они начинали свой момент в центре внимания с четко написанного вступления, в котором они называли свое имя и откуда они. Массовая телеаудитория, которая имела возможность видеть каждого конкурсанта, очень часто формировала мгновенное впечатление, основанное на этих нескольких секундах экспозиции и собственных предубеждениях.

Я часто думал, что эта безжалостная формула — неплохое приближение к проблеме, с которой сталкивается новый политический лидер, стремящийся произвести впечатление не только на сторонников партии.

По прогнозам аналитиков, следующее, что электорат, скорее всего, услышит от Консервативной партии, будет: «Привет, меня зовут Джереми, и я из Суррея», и возьмет на себя управление, если и когда Борис Джонсон уйдет.

Представьте умного и гладкого Джереми на табурете рядом с умным и ловким Кейром, тоже из Суррея, и Эдом, мечтающим стать сердцеедом депутатом от Кингстона-на-Темзе, Суррей. Все трое получили образование в школах, которые были либо платными с самого начала, либо платными к моменту их окончания. На ум приходит горох в стручке. И в высшей степени забываемые при этом.

Все трое также энергично поддержали «Остаться в ЕС» на референдуме, который положил начало такой радикальной перестройке британской политической карты. Все трое вели свою политическую карьеру, не выказывая ни малейшего признака беспокойства по поводу напряжения, которое беспрецедентный уровень иммиграции оказывает на социальную сплоченность, элементарное добрососедство, уровень заработной платы рабочего класса или доступ к общественным услугам.

Коэффициенты аналитических контор также говорят нам, что вторым фаворитом в ставках на лидерство Тори является Том из Тонбриджа, а мистер Тугендхат является еще одним любителем смузи-отбивных из зажиточной семьи истеблишмента и представляет избирательный округ округов.

На самом деле все четыре главных претендента на корону консерваторов — Лиз Трасс и Бен Уоллес — двое других — поддержали «Остаться» в 2016 году. Теперь вы можете сказать, что это все вода под мостом — Brexit произошел, и избирателей гораздо больше волнуют другие приоритеты в эти дни и т.д.

В таком случае вы ошибетесь. Потому что Brexit и реакция британской политики на него были событием, которое перевернуло политику Британии, бросив на колени консерваторов победившую на выборах коалицию традиционных ширских тори и рабочего класса «Красных Уоллеров», отчужденных пренебрежением лейбористов к своим городам, расхлябанностью об иммиграции, готовности заблокировать результаты референдума и общем отсутствии патриотизма.

Непревзойденный Борис Джонсон с двумя его ключевыми посылами: «Завершить Brexit» и «Повышение уровня» был кошачьей мятой для этих новых избирателей-консерваторов. Хотя опросы показывают, что многие в настоящее время злы на него за нарушение законов о блокировке, которым он заставил их следовать, еще предстоит показать, что Стармер связался с ними в достаточной степени, чтобы обеспечить их голоса. Смелые, нестандартные инициативы, такие как сделка с мигрантами в Руанде, вполне могут вернуть их Джонсону.

Представьте себе, что такие избиратели видят, как партия тори отказывается от харизматичной фигуры, которая их покорила, и вместо этого представляет им фоторобот «либерального» консерватора из тех, которые никогда не покоряли их с самого начала, — менее мощную версию Дэвида Кэмерона.

Вообразите также, что такая цифра завершила бы полную смену основных партийных лидеров, которые хотели бы, чтобы Великобритания была в Европейском союзе. Хотя Хант или Тугендхат могли и не спровоцировать движение «Воссоединение» сами по себе, можно ли было доверить им борьбу, как львам, против любого такого шага, исходящего от Стармера, Стерджена, Дэйви и других левоцентристских лидеров? Едва.

Статус Джонсона как человека, который возглавил кампанию за выход и который продолжает оставаться занозой в боку презираемого политического истеблишмента, является огромным преимуществом, когда дело доходит до повторного привлечения избирателей «Красной стены» в 2024 году. Отрицательно, и его глупый уклон в сторону левых либералов в течение 2021 года, после того как Доминик Каммингс покинул его сторону, также имеет вес против него.

Но заменить его на любого, кому представился единственный в жизни шанс бороться за то, чтобы Соединенное Королевство снова стало суверенной, самоуправляемой демократией, отвечающей за свои границы, а затем решил не делать этого, было бы политикой желаний смерти. Часть тори.

Избиратели «Мы выходим» в целом понимают, что мы настолько подозрительно относимся к возможным шагам, направленным на отмену или ослабление Брексита, что часто кажемся смешными знакомым, голосующим за оставшееся место. Но после всех заговоров истеблишмента, которые нам пришлось претворить в жизнь, чтобы зайти так далеко, мы также знаем, что из того, что мы параноики, не следует, что они не хотят нас достать. Остатки не допускаются.