Мнение: Мэриленд наносит удар по абсурдной культуре переутомерной работы

Мэриленд наносит удар по абсурдной американской культуре переутомерности.

Законодатели штата выдвинули законопроект, который будет стимулировать компании переходить на четырехдневную рабочую неделю, предлагая налоговые льготы в размере 750 000 долларов США для организаций, которые переводят достаточное количество сотрудников на четырехдневный график, 32 часа в неделю. Это будет частью пилотной программы по всему штату, в рамках которой Департамент труда штата будет собирать данные, чтобы лучше понять, что может означать более короткую рабочую неделю для сотрудников, производительность и прибыль.

За последние несколько десятилетий американская трудовая жизнь претерпела революцию. Технологии сделали многие из наших рабочих мест более настольными и эффективными. Автоматизация заменила многие формы ручного труда. Работающие женщины, когда-то аномалия, являются стандартной частью рабочей силы, которая более разнообразна и лучше образована, чем когда-либо в американской истории.

Американские рабочие удивительно продуктивны, но, хотя они неуклонно производили все больше и больше, реальная заработная плата не росла такими же темпами. Другими словами, мы делаем больше за меньшие деньги. И все это несмотря на обещания технологий - освободить нас от тяжелой работы, чтобы мы могли тратить больше времени на творческие занятия, или с семьей, или делать то, что приносит нам радость.

Вместо этого, похоже, технологические инновации только что сделали нас более привязанными к машинам и устройствам (в то время как машины также угрожают взять на себя наши творческие работы). Почему мы делаем это с самим собой?

Правда в том, что именно люди - мы - строят наши общества, рабочие места и экономику. В пятидневной рабочей неделе нет ничего врожденного или естественного, и 40-часовая рабочая неделя не была передана Богом. Тем не менее, предположения о том, что мы его изменим, могут показаться оскорблением амбиций или американской трудовой этики, или просто невозможностью.

Но единственная причина, по которой пятидневная, 40-часовая рабочая неделя кажется нормальной и необходимой, заключается в том, что мы сделали это таким образом. Мы можем и должны адаптироваться, особенно когда наилучшие доступные исследования показывают, что четырехдневная рабочая неделя может принести взаимную пользу работникам и компаниям. Сколько политических инноваций может похвастаться одинаковыми?

Предложение Мэриленда последовало за важным исследованием 30 компаний в течение шести месяцев, которые опробовали четырехдневную рабочую неделю. Результаты были впечатляющими: повышение производительности, несмотря на меньшее количество часов в офисе, повышение удовлетворенности сотрудников, более простое удержание существующих сотрудников и наем новых.

Если предлагаемый законопроект штата Мэриленд будет принят, он вооружит исследователей и политиков еще большей информацией о более коротких рабочих неделях и, надеюсь, позволит законодателям и работодателям начать разрабатывать лучшую политику, которая поддерживает экономическую конкурентоспособность США, а также сместит культурные нормы в сторону более здоровых отношений на работе, при этом американцы будут иметь необходимое время для отдыха, омоложения и жизни вне своей работы.

Четырехдневная рабочая неделя на самом деле не такая радикальная. Вся концепция "выходных" сама по себе была изобретением, вызванным во многом благодаря пропаганде профсоюзов - и только в 1930-х годах 48-часовые выходные были должным образом установлены.

Это было почти 100 лет назад, и, несмотря на радикальную перестройку наших рабочих мест - очень немногие рабочие места сегодня выглядят как работа в 1930-х годах - наши рабочие недели остались неизменной. Точно так же, как субботние выходные и, в конечном итоге, 48-часовые выходные были спорными нововведениями, за которые должны были бороться рабочие и не всегда радовали работодателей, четырехдневная рабочая неделя, несомненно, увидит отпор со стороны людей, которые боятся, что любые изменения будут к худшему.

Но этот страх вполне может быть неуместным. Я размером с выборку одного, и как фрилансер мои часы повсюду, но я часто, по крайней мере, пытаюсь запланировать свою неделю, поэтому я работаю четыре полных дня, а не пять (а иногда и семь) частичных. Создание этих границ в мое рабочее время означает, что я гораздо более сосредоточен и эффективен; я трачу меньше времени на изучение социальных сетей или выполнение нерабочих задач, чтобы получить награду бесплатной пятницы.

Многие из нас, вероятно, уже делают это в преддверии выходных, усердно шлифовав по четвергам и пятницам, чтобы не застрять на работе в субботу или воскресенье. Четырехдневная рабочая неделя или 32-часовая рабочая неделя, в которой сотрудник приходит на пять дней, но менее чем на 8 часов, будет иметь аналогичный эффект: меньше потраченного времени на работе на службе более личного или свободного времени позже.

Мы три года находимся в пандемии, которая перевернула трудовую (и жизненную жизнь), как многие из нас знали об этом. Мы живем в эпоху, когда требования без работы, особенно воспитание детей и другие формы ухода, являются более экстремальными, чем когда-либо. И мы живем в стране, которая, в отличие от других стран, оказывает скудную поддержку, поскольку ее народ стремится сбалансировать все это: незначительное большинство американцев и подавляющее большинство работников все еще получают медицинскую страховку от наших работодателей, нет всеобщего ухода за детьми, и у нас нет гарантированного оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком - не говоря уже о больничных днях или отпуске, которые мы уполномочены взять, даже когда их предлагают.

Неудивительно, что так много рабочих сообщают, что сыты по горло и сгорают. Неудивительно, что так много женщин, которые продолжают делать львиную долю родителей в стране, бросают рабочую силу.

Ничто из этого не сулит ничего хорошего для экономики США, не говоря уже о здоровье и благополучии человека. Четырехдневная рабочая неделя - это не волшебная пуля. Но это может быть часть большего набора изменений, в которых отчаянно нуждаются американцы. И Мэриленд, надеюсь, сможет сделать один крошечный шаг вперед с этим законопроектом, который позволит горстке работников и работодателей экспериментировать с тем, каким может быть будущее работы, собирая при этом важную информацию, которая, надеюсь, приведет всех нас вперед.