Дочитыванию быть

Потрет реального читателя

Однажды я работал в сущем лохотроне, который названивал каждому в нашей стране. Это была продажа билетов на театральные мероприятия. Если выгорел гешефт, то курьер ехал с билетами к заказчику и забирал деньги. Мою клиентуру знали без взгляда на то, кто именно продал сей квиток. Дамы, после бальзаковского возраста, которые давно уже были «бабами ягодками опять», но с претензией на шибанутость. Эдакие, заблудшие в лесу овечки, которые повидали на своем веку многое, но что-то их еще пощипывает в нескольких местах и поэтому никак их сердце не найдет покоя.

Таким же является контингент моих читателей. Мужчин средь них почти не имеется, а вот женщин – составы железнодорожных товарняков. Это я знаю четко, заучил сызмальства, когда-то. И все охи, стоны, все эти - ах, какой вы повеса жаркий в словесах и обличиях – всё это я переживал неоднократно, а уши успели свыкнуться с мыслью: неча тебе парень соваться в молодые кудрявые мозги, ибо твой поток фантазии увлекает взрослых. Не такое уж это плохое ощущение. Есть же такие, которые так и не нашли своих глаз и ушей, и «мечутся черные дембели, и нет им покоя» (с)

У меня подача не опыта, а искр. Скромность - не мой удел. Как известно, взрослому человеку уже как-то не до краснощеких игр аки - прыгать через костер, сжигая чучелы угрюмых. Здесь обстоятельность находит косой на камень полыхающего огня. Мы ж только снаружи уже не те, а в душе нам всем фанфан-тюльпан. И этот нюанс благоволит моим буквам и изъяснениям. Пускай и графоманство в аду наказуемо котлом и чертями с вилами, зато я могу с гордостью сказать – симпатичная, после сорока лет женщина, которая любит зимними вечерами вкусить рюмочку конька или бокал вина, сидящая у камина со своей точкой зрения на всё. Она может быть строптива, голубых кровей, с выпуклыми скулами и грустью в глазах, а может оказаться пышкой, которая умело орудует у плиты, имеет аппетитные формы и запах. Главное, они думающие, они еще не разучились зачитываться «в долгую», им не чужды словесные узлы в хитросплетениях водопада мыслей.

Портрет идеального читателя

Бородатые мужички ученых степеней по филологии, строптивые и строгие военные мужи в погонах, люди в министерствах, которые кажут свои редкие звуки на исключительном канцелярите – не моя публика.

Идеальная публика для моего творчества, тоже самое, что самый идеальный мужик для женщины в жизни. Кто он? А тот, который здесь и сейчас. И лучше его быть не может. Без ужимок и расчетливых вариаций, что если я сложу буквы слова как-то иначе, то и портрет моего читателя нарисуется не пером Пикассо, а, например, бушующей фантазией Дали. Такого не может быть, потому что, дожив до своих сорока двух, я четко понимаю, что надо радоваться тому, что есть, ведь, могло ничего не быть. Я мог не писать вечерами и ночами напролет, а мог бы смотреть телевизор с его сериалами и серостью военных будней. Я мог просто валяться на диване, мог бы играть в «танчики» за компом.

Но я пишу. Пишу о многом. Пишу много и кучно. Не идеально, не для всех, не каждому придется по нутру, но я знаю, что кого-то обязательно зацепит. Как говорил солист рок-группы «Аукционъ» Леонид Фёдоров:

«Даже если мы выпустим альбом с полнейшим шлаком вместо музыки, все равно найдется двадцать тысяч человек, которые скажут, что это шедевр».

Так и в творчестве каждого пишущего. Главное, попасть струю, в настроение, в самую цель или суть состояния читателя здесь и сейчас.

Идеальный читатель – любой человек, который наткнулся на мое творчество и остался читать на долгие годы. Это значит, что наши жизненные позиции и определенные устои совпали. Или, наоборот, настолько мы не в масть, что у вкушающего строки появляется интерес далее узнать, как можно быть настолько не в его формации, вне его временных рамок и привычек.