У этого человека есть 300 идеальных винтажных барби в коробке. Это история о том, как это произошло

В Мэрисвилле, штат Вашингтон, живет мужчина в коричневом доме. Перед домом у него растут вишневые деревья, аккуратный гараж на две машины и сарай, набитый инструментами, которые понадобятся любому автомеханику. А внутри у него сотни и сотни Барби.

Они хранятся в его гардеробной. Сложены поверх ящика с фарфором. Сложены на непригодном для использования диванчике. Уложены в движущиеся коробки, спрятанные по углам.

Для создания коллекции потребовалось более 30 лет. К настоящему времени он с легкостью может назвать редкие экземпляры: специальное издание Coca-Cola Picnic Barbie. Барби из военной коллекции (армия, флот и ВВС). Праздничная Барби. Барби с мятными воспоминаниями. Викторианская Барби. Волшебник Изумрудного города Барби – она, конечно же, Дороти,.

Кто этот мужчина с такой памятью? Как его зовут? Подождите, пожалуйста.

Это Кен.

Если быть точным, Кен Смит.

“Я знал нескольких Барби”, - говорит он мне со смешком. “Хотя моя жена была не Барби”. Ее звали Шарлин.

В свои 66 лет Кен Смит находится в замешательстве – его дочь описывает это как “забывчивость” – по поводу шумихи вокруг блокбастера “Барби". Но он понимает, что сидит на чем-то, вызывающем ностальгию у стольких людей. И что-то, вероятно, дорогое для нужного человека.

Как создать коллекцию Барби

Шарлин Смит начала покупать Барби в 1988 году. Она собрала коллекцию бейсбольных карточек для их старшего сына; она подумала, что будет правильно подарить их младшей дочери что-то, что она сможет назвать своим.

Шеннон Смит-Мартин сейчас 44. Она даже не просила купить ей Барби. Она помнит, как умоляла свою мать купить фарфоровую куклу, потому что они выглядели как настоящие младенцы.

Шарлин Смит была мамой-домоседкой, когда ее дети были маленькими; Кен Смит был автомехаником в дилерском центре. С деньгами было туго, а фарфоровые малыши стоили дорого. Она решила, что Барби - лучшая сделка.

“Я могу купить три куклы Барби по цене одной”, - вспоминает Смит-Мартин заявление своей матери.

Шарлин Смит часто отправлялась на охоту за Барби со своей близкой подругой. Это был их еженедельный ритуал. Она всегда покупала особенные – те, которые сейчас являются предметами коллекционирования.

Праздничные барби были обязательны. Шарлин Смит каждый год выбегала за ними. Если коробка была хотя бы слегка помята, она копалась, пока не находила одну в первозданном состоянии. Она также покупала драгоценные камни.

“Я не помню, в каком году вышли афроамериканские куклы из серии holiday”, - сказал мне Кен Смит. “Всегда были белые. Но если там была афроамериканка, она покупала и их тоже ”.

Можно задаться вопросом, для мамы или для дочки эта коллекция.

Шарлин и Кен Смит со своей дочерью Шеннон Смит-Мартин.

В конце концов, Шеннон разрешила поиграть только с двумя или тремя Барби. Остальные остались в оригинальной коробке и упаковке.

Теперь дочь верит, что у нее есть ответ. Это прямо там, в детстве ее мамы.

“Она бы сказала вам, что у нее никогда не было Барби; ей всегда доставалась Мидж”, - рассказывает мне Смит-Мартин. “И поэтому я думаю, что это переросло в ее собственную одержимость тем, чего у нее не было в детстве”.

Шарлин Смит тратила деньги на кукол вместо семейного отдыха. Они часто ездили в походы. И в конце концов она работала в доме престарелых. Она была отличным организатором и любила заботиться о людях – и вещах.

Если и была когда-либо идея, что Барби когда-нибудь попадут к Шеннон, этого не произошло. По словам Смит-Мартин, повзрослев, она поняла, что они ей не нужны. У нее не было места для сотен коробок, и у нее не было стремления к традициям.

Таким образом, коллекция осталась в доме мамы и папы. Потому что Барби действительно были воплощением страсти Шарлин. Вплоть до тех пор, пока не начались боли.

Все для мамы

Был август. Пара была в гостях, и Кен Смит, который до сих пор просыпается около 4 утра, был в своем сарае. Шарлин Смит тоже встала и оделась к 8 утра и искала свою страховую карточку.

Боли, которые она испытывала, не проходили, объяснила она. Ей нужно было обратиться к врачу. Они пошли вместе. Они ждали результатов сканирования. Ждал еще два дня, чтобы обратиться к онкологу, который мог наконец подтвердить это. Рак поджелудочной железы.

Доктор сказал ей, что у нее есть два года.

Лечение началось немедленно. У нее появились проблески надежды − опухоль уменьшалась после химиотерапии. Но затем рак дал метастазы в ее печень. И в толстую кишку.

Еще до того, как Шарлин заболела, Кен и Шарлин обсуждали продажу кукол. Шеннон они были не нужны. Они действительно занимали много места.

Она даже начала упаковывать их в коробки для переезда. На этом все и закончилось.

"Два года превратились в шесть месяцев", - рассказывает мне Кен Смит.

Шарлин Смит умерла в 2019 году. Они с Кеном были женаты 43 года.

После этого куклы действительно могли бы принадлежать ее дочери. Но Смит-Мартин признает, что ей не хотелось создавать своего рода святилище для своей матери, глядя ей в лицо.

Так получилось, что мужчина в коричневом доме с гаражом на две машины и сараем в Мэрисвилле, штат Вашингтон, стал единственным и законным владельцем примерно 300 винтажных барби специального выпуска в отличном состоянии. Мужчина по имени Кен.

За последние три года было много разговоров на тему “Что мы собираемся делать с этими куклами?” – Рассказывает мне Смит-Мартин. “Но я думаю, зная характер моего отца и зная их отношения, они просто ничего не могли сделать друг без друга. Это должно быть тяжело”.

Кен Смит медленно оценивает коллекцию. Он понятия не имеет, что делать со всеми этими Барби, но он убежден, что есть люди, которые могут дорожить ими так же сильно, как это делала его жена.

Он наконец-то решился зайти на eBay. Надеюсь, он вернет часть этих семейных денег.

“Сейчас о них слишком много забот”, - говорит мне Кен Смит. “Я просто потрясен”.

Я слышу, как он это говорит, и у меня перехватывает дыхание.

Раскаяние Барби

В 2012 году я приняла опрометчивое решение о своих собственных Барби, о чем до сих пор сожалею.

Я сокращала размеры и продавала вещи из своего дома в метро Детройт, потому что переезжала в Энн-Арбор для получения стипендии по журналистике в Мичиганском университете. Эти куклы, их одежда и аксессуары были со мной с детства. Я чувствовал, что пришло время избавиться от них. Я продолжал говорить себе, что мне нужно повзрослеть.

Итак, я собрала кучу прекрасных воспоминаний и разрешила соседям делать покупки на моей лужайке перед домом. Проезжавшие мимо люди останавливали свои машины и выходили.

Я даже не продавала своих Барби; я просто раздала их. На следующее утро я проснулась, полная раскаяния. Я все еще чувствую это – 11 лет спустя.

У некоторых из моих барби были волосы в стиле афро. Мой Кен носил смокинг. У них была одежда, в которой они могли отправиться из зала заседаний в танцевальный клуб. Их пластиковая коричневая кожа была похожа на мою, потому что моей маме нравилось покупать мне игрушки, которые отражали то, кем я была – и кем я стану. Мои барби дали мне возможность мечтать о том, что я могу достичь чего угодно как женщина – как чернокожая женщина.

Я надеюсь, что они в безопасности. И любимы. И, возможно, дают молодой девушке, которая похожа на меня, такое же обещание власти.

Теперь не мое дело пытаться убедить Кена Смита и дальше хранить его кукольный запас. В конце концов, это никогда ему не принадлежало.

И для каждой Барби, которую он продает, я, очевидно, достаточно хорошо знаю, что есть кто-то, кому она нужна.

Я никогда не верну друзей детства, с которыми рассталась. Я все еще вижу каждого из них. Но я женщина, которая может добиться всего, чего захочет, и выбрать все, что захочу. Мои барби помогли мне осознать это десятилетия назад.

Так что я буду покупать новую Барби, или, может быть, несколько, чтобы смягчить последствия ужасного решения. И я случайно знаю, что в продаже есть несколько классических барби.

Благодаря таким людям, как Шарлин Смит, выдающемуся коллекционеру Барби.

И ее партнер Кен.