Путин разрабатывает новый зловещий план победы.

Запланированная встреча северокорейского лидера Ким Чен Ына с Владимиром Путиным во Владивостоке, о которой стало известно американской разведке, дает нам новое представление о стратегии России на Украине, а также предупреждает о более широких опасностях для мира.

По мере того, как наступление Киева продолжается уже четвертый месяц с ограниченным успехом и несколькими российскими контратаками, становится ясно, что план Москвы, возможно, заключается в том, чтобы позволить Украине истощить своих людей, танки, снаряды и ракеты против самого трудного края линии Суровикина. Можно подумать, что, как только оснащенные Западом и обученные маневренные силы Украины будут уничтожены, Россия сможет начать свое собственное крупное наступление, возможно, уже в январе.

После почти двух лет боевых действий, которые сравниваются скорее с Первой мировой войной, чем со Второй, этот план напоминает немецкий ’кайзершлахт", весеннее наступление, начавшееся в марте 1918 года и отбросившее союзников назад, захватив больше территории, чем было захвачено любой из сторон за предыдущие четыре года войны. Этого добились немцы, обескровив врага, одновременно создавая огромные резервы людей и боеприпасов в тылу, готовые развязать сокрушительное наступление, мало чем отличающееся от того, к чему стремились британцы, но не смогли добиться во время битвы на Сомме в 1916 году.

Проблема Путина в том, что, стремясь сокрушить украинские силы, он расходует огромное количество боеприпасов, особенно артиллерийских снарядов и баллистических ракет, а также очень большое количество танков. Хотя объем военно-промышленного производства в России больше, чем в большинстве стран Запада, и она продолжает ежеквартально мобилизовывать десятки тысяч человек на постоянной основе, ее основных запасов по-прежнему недостаточно для уровня расходов, необходимых для нового крупного наступления.

Вот тут-то и может вмешаться Пхеньян. Северная Корея отправляла в Россию большое количество снарядов, ракетных комплексов по меньшей мере год, причем многие поставки были организованы группой Вагнера покойного Евгения Пригожина. В июле министр обороны Путина Сергей Шойгу находился в Пхеньяне, предположительно, ведя переговоры о дальнейших поставках. Там он найдет пещеру Аладдина с оборудованием – Северная Корея хранит огромные запасы тяжелого вооружения и артиллерийских боеприпасов. Многие из них старые и ненадежные, но это не будет иметь значения, если Россия прибегнет к своей старой тактике для достижения победы: используя свою абсолютную численную мощь, раскатывая врага паровым катком, как это пытались сделать немцы в 1918 году.

Новая ось Москва-Пхеньян представляет собой смену ролей со времен холодной войны, когда Советский Союз и Китай были главными поставщиками оружия в Северную Корею с момента ее создания. Поставки продолжались даже после распада Советского Союза, прекратившись только с введением санкций ООН. Поддержка России сегодня выгодна Киму как средство нанесения ответного удара по США, при несомненном одобрении Пекина.

Но поддержка Северной Кореи не обойдется без высокой цены. Пострадавший от западных санкций Пхеньян остро нуждается в нефти, продовольствии, удобрениях и сырье, которыми Россия располагает в изобилии.

Более тревожным аспектом растущих отношений России является потенциал поставок как твердой валюты, так и технологий для северокорейской программы создания ядерного оружия, особенно для разработки межконтинентальных баллистических ракет. Как и в случае с ее способностью поставлять другие товары, Россия обладает огромными возможностями в этой области, включая собственное ноу-хау в области ядерного оружия. Это может изменить правила игры в стремлении Пхеньяна к эффективной программе доставки ядерного оружия.

Некоторые аналитики предположили, что разоблачения запланированного визита Кима в США может быть достаточно, чтобы он отменил его. Это ничего не изменит. Глубоко укоренившихся связей между двумя странами достаточно для того, чтобы это смертоносное сотрудничество продолжалось и развивалось без встречи двух лидеров.

Поэтому необходимо задать вопрос: зачем вообще было планировать такую встречу? Для Кима, фактически ограниченного границами своей собственной страны, это была бы возможность заявить о себе как о мировом государственном деятеле перед другими антизападными режимами. У Путина тоже есть потребность показать своему народу, что он не изолирован. Но за этим может стоять что-то еще. Путин вполне может иметь в виду разменную монету, чтобы побудить и без того шаткую администрацию США оказать давление на Киев с целью добиться прекращения огня.

Каким бы ни было дипломатическое двурушничество, Запад сейчас должен помогать Украине готовиться на случай, если их нынешнее наступление провалится, позволив Путину развязать свой кайзершлахт.

Немецкое наступление в 1918 году прекратилось из-за истощения и нехватки припасов. Мы не можем рассчитывать на то, что следующий шаг Путина постигнет та же участь: сомнительно, хватит ли у Украины ресурсов, чтобы сдержать русских, не говоря уже о том, чтобы начать свою собственную версию Стодневного наступления, которое позволило союзникам с недавно прибывшими американскими войсками отбросить немцев на их родину.

Если этот апокалиптический сценарий 1918 года станет реальностью, от Запада, а также от Украины потребуются колоссальные усилия – больше, чем уже было приложено. Это обойдется всем чрезвычайно дорого, а потенциальные последствия будут слишком ужасающими, чтобы их можно было себе представить.