Потеря последнего союзника на Балканах. Предательство Черномырдина

24 марта 1999 года страны НАТО без санкции ООН начали бомбардировку Югославии. Формальным поводом для неё стали обвинения в адрес официального Белграда в проведении этнических чисток против албанского населения Косово. После начала натовской агрессии кабинет председателя правительства Евгения Примакова стал центром, куда стекалась вся информация. Каждый день в его кабинете в доме правительства собирались министр иностранных дел, министр обороны, директор СВР, начальник генштаба и начальник ГРУ.

По воспоминаниям Примакова:

Мы обсуждали ситуацию, инициативные предложения, возможные действия с нашей стороны и ежедневно наше предложение с конкретными разработками направлялись президенту.

Однако политика правительства на конфронтацию с Западом вызвало

недовольство Ельцина. Он сделал строгое внушение министру обороны Сергееву,

начальнику генштаба Квашнину и его заместителю Балуевскому за чересчур

воинственные заявления военных. По просьбе из Вашингтона 14 апреля Ельцин назначил Черномырдина специальным представителем президента Российской Федерации по урегулированию ситуации вокруг Югославии. То, что именно американцы стояли за назначением Черномырдина подтвердил сам Виктор Степанович в своей книге.

Выбор американцев был не случаен. Черномырдин уже хорошо посотрудничал с

ними в рамках комиссии Гора - Черномырдина, когда заключил сделку на поставку в США 500 тонн оружейного урана, изъятого из советских ядерных боеголовок. Ценнейший стратегический ресурс был продан за копейки. Теперь же американцам нужна была новая услуга. Взяв под контроль Балканы, США столкнулись с упрямством Милошевича, который никак не хотел подчиниться. Тогда в Вашингтоне решили привлечь Россию, чтобы оказать давление на сербов.

Именно для этой роли и нужен был Черномырдин. Уже 22 апреля Черномырдин прилетел в Белград для первой встречи с Милошевичем.

Разговор был долгим, трудным, многочасовым. Милошевич считал представителя России союзником, с которым можно говорить откровенно. Милошевич разъяснил историю вопроса, попросил оружие и помощи для югославской армии. Виктор Степанович был против поставок оружия. Черномырдин призывал компромиссу и весь разговор сводил к одному: надо сесть за стол переговоров и быть готовым к

уступкам.

Черномырдин смог убедить Милошевича в необходимости размещения натовских

миротворцев в Косове. Для пущей убедительности подчеркивая, что их присутствие заставит НАТО отказаться от бомбовых ударов, а отряды армии Косово не

смогут наносить удары по миротворцам. Это была заведомая ложь. Шансов добиться от НАТО прекращения бомбардировок у Черномырдина не было, поэтому Виктор Степанович лгал и оказывал сильнейшее давление на президента Югославии.

27 апреля в Москву прилетел заместитель госсекретаря США Строуб Толботт, чтобы узнать у Черномырдина о результатах переговоров с Милошевичем. В этой

встрече принимал участие генерал Леонид Ивашов. Он несколькими днями ранее был включен в переговорную группу от Министерства обороны.

Толботт в целом остался доволен миссией Черномырдина, но тем не

менее признал, что этого недостаточно. Он повторил 5 пунктов требований,

предъявленных Западом для прекращения бомбардировок и при этом отказался

обсуждать возможность их изменения. Среди требований был вывод всех

югославских военных формирований из Косово и ввод международного военного

контингента в Косово.

30 апреля и 28 мая в Белграде состоялись очередные встречи Черномырдина и Милошевича. В традиционном для себя стиле Черномырдин говорил много,

но невнятно, сбиваясь. Руководитель Югославии выражал готовность к переговорам, но капитуляция перед агрессором была неприемлемой, поэтому готовность к переговорам оговаривалась немедленным прекращением бомбардировок и сохранением Косово в составе Сербии. Тем не менее, переговоры

оставили у сербов впечатление, что Россия стоит на стороне Югославии.

1 июня в Боне начались трехсторонние переговоры, которые продолжались в

течение двух дней. Помимо Черномырдина и Толботта к переговорам подключился

президент Финляндии в качестве специального представителя генерального секретаря ООН. Когда в ходе переговоров в Боне подошли к военной составляющей, Черномырдин сразу предложил взять за основу американский проект, который в обновленной версии фактически повторял натовский ультиматум, неприемлемый для сербов. При его обсуждении сразу возникли

разногласия. Встречу решили перенести на следующий день.

Поздно ночью делегации вновь собрались на пленарное заседание. Сразу же встал

принципиальный вопрос: Когда последует прекращение бомбардировок? Толботт

стал настаивать на том, чтобы в начале югославская сторона выполнила

достигнутые договоренности и только затем войска НАТО отказываются от атак с

воздуха.

В итоге был подписан документ, который предусматривал немедленное прекращение насилия и репрессий в Косово, вывод оттуда военных, полиции и военизированных подразделений Югославии, размещение там под эгидой ООН миротворческих контингентов, автономию Косово в составе Югославии,

безопасное и свободное возвращение всех беженцев.

Те, кто знал ситуацию изнутри, понимали, что полный вывод из Косово югославской армии и сил безопасности будет означать утверждение в регионе сепаратистов, фактического отделения Косово и в конечном итоге распад остатков Югославии. При этом от югославского руководства согласие требовалось в ультимативном порядке, поскольку в документе особо оговаривалось прекращение военных действий произойдет только после начала вывода войск.

НАТО остановил бомбардировку 10 июня, то есть, только через неделю после одобрения Сербией мирного плана по Косово. Кроме этого, Россия не получила своего сектора для размещения миротворцев.

Вот так, за неполные полтора месяца деятельности Черномырдина все

первоначально неприемлемые для России позиции он полностью сдал. 2 июня

Черномырдин привез согласованный документ в Белград. Милошевич заявил, что

документ не вполне приемлем и носит характер ультиматума. Черномырдин вновь

начал давить. Руководство Югославии ушло на совещание, которое продлилось всю ночь. Утром изнеможденный Милошевич заявил, что поскольку сербы остались одни без союзников, они приняли решение принять то, что от них требуют. Таким образом, руками России сербов заставили капитулировать на унизительных американских условиях.

Сама же Россия потеряла последнего союзника на Балканах.