Сплоченный Кибуц, ставший домом для массового насилия

Жители Беэри иногда говорили, что израильский кибуц находится так близко к сектору Газа, потому что иначе он был бы слишком идеальным.

"Это была шутка, мы так говорили, потому что Беэри очень красив. Это место, где вы хотите, чтобы росли ваши дети. Закат прекрасен, поля зеленые, здесь есть все, что вы хотите получить от места отдыха", - сказал Лотан Пинян в среду в интервью CNN.

Близость Беэри к Газе, которая находится всего в нескольких километрах, означает, что либеральная община часто становилась мишенью для ракет ХАМАСа, выпущенных из анклава, которые обычно перехватывались израильской обороной. По словам Пиняна и его друзей, ракеты были единственным минусом этого идиллического места. "Теперь это не шутка", - говорит он.

• Рано утром в субботу боевики ХАМАСа ворвались в Беэри и оставили после себя разрушения невообразимых масштабов.

Они убили более 120 жителей города, включая детей, и похитили других. Они поджигали дома людей, а затем убивали их, когда те пытались спастись от жары и дыма. Они грабили, воровали и уничтожали все, что могли.

Все началось с сирены.

Община с населением около 1100 человек была поднята по тревоге в 6:30 утра, когда прозвучал сигнал о готовящемся ракетном обстреле.

"Но это было ненормально. Мы привыкли к бомбежкам, мы знаем, как это звучит: "бах - бах-бах". Но это было по-другому. Она не прекращалась. Бах - бах-бах-бах-бах-бах-бах-бах", - рассказала CNN жена Лотана Михаль Пинян. "А через 45 минут мы начали получать сообщения о том, что в кибуце находятся террористы", - добавила Лотан.

В группе WhatsApp семьи появились тревожные сообщения между родителями Михаль, Амиром и Мати Вайс, и тремя ее братьями.

9:25 Мати: выстрелы на балконе
9:26 Ран: также здесь слышны выстрелы за окном приюта
9:30 Мати: Я слышу голоса на арабском языке за пределами дома
9:31 Далит: Вы также слышите голоса?
9:43 Амир: отец ранен, они в доме
9:43 Ран: что ты имеешь в виду?
9:44 Далит: они вошли в дом?
9:44 Лотан: что? поговори с нами
9:47 Ран: Лимор говорил с Рахели, передавал тебе что-то.
9:49 Михаль: мама все время пишет.
9:57 Лимор: Когда, что с тобой происходит?
10:01 Михаль: мама
10:01 Михаль: Ответь
10:03 Мати: спаси нас
10:04 Мати: Спасите нас
10:00 Михаль: ты в приюте?
10:04 Мати: в папу стреляли, и они бросают гранаты
10:04 Мати: Они взорвали безопасную комнату
10:04:00 Михаль: в доме?
10:04 Мати: да

Это сообщение было последним, которое пришло от Мати, матери Михала. После этого - тишина.

"Мы знали, что они, скорее всего, мертвы. Но оставалась маленькая надежда, что, может быть, это не так, что их похитили", - говорит Лотан.

"Было уже слишком поздно"

По всему кибуцу Том Хэнд получал такие же страшные сообщения о террористах, врывающихся в дома его соседей. Он думал только о своей восьмилетней дочери Эмили - одной из самых высоких в классе, с медовыми светлыми волосами и бледной кожей, загоревшей на солнце, талантливой танцовщице и певице, веселой и яркой девочке, говорит он.

Хэнд приехал в Беэри 30 лет назад в качестве волонтера, планируя пробыть там несколько месяцев, но так и не уехал. После того как несколько лет назад его жена, мать Эмили, умерла от рака, они с Эмили живут здесь самостоятельно.

Жители кибуца рассказали CNN, что едят вместе и делятся всем, включая зарплату, которая поступает в общинную казну и перераспределяется поровну между всеми семьями.

В политическом отношении кибуц придерживается левых взглядов. Многие считают жителей Газы своими соседями, рассказала Михаль в интервью CNN.

"Были люди из Газы, которые работали в кибуце, и они были частью общины, они приводили своих детей в детский сад в кибуце. Когда они уже не могли приходить туда работать, мы начали собирать деньги с общины, и теперь существует фонд, который поддерживает их жизнь", - сказала она, добавив, что намерена продолжать перечислять деньги семье.

В пятницу вечером Эмили отправилась к своей подруге с ночевкой. "У них была девичья ночь", - говорит Хэнд.

Когда в субботу в 6:30 раздался вой сирены, Хэнд не был особенно обеспокоен: тревоги в кибуце не редкость. Эмили ночевала у подруги, и он был уверен, что оба ребенка будут в безопасности.

"Пока я не услышал выстрелы. И было уже слишком поздно. Если бы я знал... Я мог бы побежать, поймать ее, поймать ее подругу, поймать мать, привести их к себе. Но когда я понял, что происходит, было уже слишком поздно", - сказал он.

Он не мог связаться с ними и не мог выйти на улицу, потому что кибуц к тому времени был переполнен стаями хорошо вооруженных боевиков.

"Я должен был думать об Эмили. Она уже потеряла мать, я не мог рисковать, чтобы она потеряла еще и отца", - сказал он.

Тем временем Пиньяны, находясь в шоке от того, что, как они поняли, происходит в доме их родителей, готовились к тому, что их дом может стать следующей целью террористов.

Они находились в своей безопасной комнате, но столкнулись с проблемой. Ее дверь не запирается изнутри. Хотя все израильские дома, построенные после 1993 года, должны иметь убежище, эти безопасные комнаты предназначены для защиты от взрыва, а не от вооруженного вторжения.

"Мы знали, что дверь должна быть закрыта, поэтому взяли все, что нашли в комнате, и примотали к ручке... привязали к окну, а потом поставили внутрь стул и закрепили его бейсбольной битой", - рассказывает Лотан.

Следующие много часов он провел, сидя у двери и колотя по ней битой, ожидая, когда придут военные и спасут их".

В кибуце есть свой добровольный отряд спасателей - около 15 человек, которые должны защищать общину от опасности до прихода армии. Поскольку армейская база находится всего в нескольких минутах езды, все думали, что Армия обороны Израиля придет в любой момент. Но этого не произошло.

"Мы ждали около 20 часов, без еды, без воды, без туалета", - говорит Лотан. "А дети, они ни разу ничего не попросили. Ни разу", - добавил Михаль.

ЦАХАЛ сообщил CNN, что им потребовалось несколько дней напряженных боев, чтобы установить контроль над кибуцем. Чтобы спасти Пиньянов, 15 солдат ворвались в дом, образовали вокруг семьи плотный круг и проводили их в безопасное место - в то время как в кибуце продолжались бои, рассказали члены семьи.

По словам Лотана, когда они уходили, он закрыл детям глаза, чтобы они не видели трупов.

"Мы видели их, всех: солдат, членов кибуца и террористов. Как будто кто-то посыпал кунжутом кролика, разбросал по всему кибуцу, куда бы мы ни пошли, везде были трупы", - сказал Лотан.

Ожидание у Мертвого моря

Многие из тех, кого военные в конце концов спасли из Беэри, были эвакуированы в отель на берегу Мертвого моря. Среди них был и Том Хэнд, который провел следующие несколько дней в ожидании новостей об Эмили.

Затем пришло известие.

"Два человека из кибуца, команда врачей, психиатров, социальных работников... и они говорят вам. Мягко, но быстро, потому что у них много людей, с которыми нужно справиться", - сказал он и добавил, что почувствовал облегчение.

Из всех ужасных возможностей смерть казалась наименее болезненной.

"Она была мертва. Я знал, что она не одна, что она не в Газе, что она не в темной комнате, заполненной Христос знает каким количеством людей, которых толкают... пугают каждую минуту каждого дня, возможно, на долгие годы вперед. Поэтому смерть была благословением", - сказал он в интервью CNN, его голос сорвался, слезы текли по усталому пепельному лицу.

"В этом безумном мире я надеюсь, что моя дочь мертва", - сказал он.

Многие люди, спасенные из Беэри, живут в том же отеле, что и Рука, поэтому он окружен любовью - но и постоянными напоминаниями об Эмили. Многие из ее друзей, переживших массовое убийство, находятся в этом отеле.

"Друзья Эмили знают, что ее нет со мной. Поэтому они спрашивают меня, что с ней случилось... Они смотрят на меня, а я отвечаю, что пока не знаю", - сказал он. "Но потом они видят, как их родители обнимают меня, плачут... Дети не глупые, даже в таком возрасте, поэтому, увидев это, я уверен, что они все поняли".

По словам Михал Пиньян, община держится и пытается выжить. Каждые несколько минут кто-нибудь заходит к ней, чтобы обнять, поболтать, поделиться воспоминаниями о родителях.

Она рассказала CNN, что знает о гибели своих родителей, поскольку их тела были опознаны людьми, которые знали их лично. Однако ее попросили предоставить образец ДНК для официального опознания, что может занять некоторое время.

Она не знает, что будет дальше. "Никто не говорит о похоронах. Нам некуда пойти. Кибуц сейчас - это закрытая армейская территория", - говорит она.

Тем не менее, она верит, что Беэри будет восстановлен в той или иной форме. "Нам потребуется много, много, много сил, физических и эмоциональных, чтобы вернуться. Но мы вернемся, это не вопрос", - сказала она.

Когда их дети задаются вопросом о возвращении в место, где произошли такие ужасы, Пиньяны говорят, что они должны вернуться.

"Мы объяснили им, что нельзя оставлять тонущий корабль. Мы должны пойти и восстановить это место, восстановить общество. А после этого мы всей семьей сможем решить, что делать дальше", - говорит Лотан.