Путешественник во времени Даниил Хармс.

30 декабря всегда вспоминается Даниил Иванович Ювачев, известный под псевдонимом Хармс - мастер бытовой сатиры и социального абсурда в литературе 20-30-х годов. По воспоминаниям современников: бывшей супруги Марины Малич (умерла в 2002 году), единственного ОБЭРИУта, прожившего долгую жизнь Игоря Бехтерева (скончался в 1996) и советского искусствоведа Всеволода Петрова, Хармс, будто не замечал времени, продолжая жить в 30-х, также, как в эпоху НЭПа, хотя количество публикаций и суммы гонораров уменьшились. А быть может, ощущал себя представителем давнего прошлого, либо далекого будущего. Демонстративно игнорировал ужесточившиеся правила поведения, не желая быть, ни конструктором душ, ни создателем образцов литературы соцреализма. А в плане эпатажа значительно превзошел знаменитостей "Серебряного века": Давида Бурлюка и Велимира Хлебникова. Существует мнение, что Даниила Ивановича не трогали, потому что еще был жив отец Иван Петрович - известный народник-политкаторжанин, имевший непререкаемый авторитет в партийных кругах Ленинграда. Заступался за него и выдающийся писатель Самуил Яковлевич Маршак, увидевший в молодом человеке большой творческий потенциал. Но, скорее всего, разгадка задачки: Почему не брали Хармса?, в том, что советская власть с почтением относилась к идеологическим врагам, к которым товарищ Ювачев-младший относился, вне всяких сомнений, ибо всех попутчиков, репрессии коснулись в разной степени: ссылка, лагерь, расстрел. Даже кратковременный арест и высылка в Курск, никак не повлияли на жизненные ориентиры литератора, который всегда был осторожен, в отличие, от многих коллег, в словах и делах. Да и взять с него было нечего: принципиальный бессеребренник. У него, даже отсутствовал архив, поэтому многое нынче из его наследия утеряно безвозвратно. Арестовали его второй, и последний раз, уже в Великую Отечественную, по статье "за пораженческие настроения". Зная, что многие писатели и поэты, в том числе, и нелюбимые властью, как Ахматова и Зощенко, получили предписания для подготовки к эвакуации, пытался штурмовать уходившие в тыл поезда. Но его неизменно снимали, как безбилетника. Тут чувство самосохранения подвело: произошел психический срыв, во время которого Даниил Иванович пророчески предвосхитил судьбу родного города и свою: смерть миллионов от голода, ибо никого враг не пощадит. Для такого оригинала, как Хармс, смерть в тюремной больнице, слишком банальна, поэтому почитатели таланта придумали еще несколько версий гибели. Но, даже самая оптимистичная, говорит, что один из основателей советской детской литературы и мастер русского авангарда, скончался не позднее 1943 года.