Живите пацаны!

стихи Анатолия Вашурина.

песня называется "Живите пацаны"

Евгений Харин

без слез невозможно слушать...

АЛЛЕЯ СЛАВЫ.

из окопа

Евгений Хазин

Т Алюшина .Любовь без права на ошибку.

Он замолчал надолго, уйдя в себя.... У каждого человека есть переживания, воспоминания и потери, которые принадлежат только ему, и их тяжесть, как крест, он несет только сам. У Битова, судя по тому, как мгновенно он закрылся, напрягся, этот крест был страшным.

Что он мог ей или еще кому-то рассказать? Смешно. Передать словами, эмоциями нечто, что находится за гранью человеческого понимания и инстинктов, про смерть во всех ее обликах и грязных подробностях?

Он не мог вместить в свой разум то, что окружало его здесь, в мирной жизни. Он сатанел, и от ярости в глазах темнело, когда видел эти витрины открывающихся бутиков, эти сытые, презрительные морды охранников клубов и казино, этих девочек, смотревших на него, как на грязь, эти рожи патрульных ментов, прикидывающих, что с тебя можно слупить, и чувствующих свою всесильную безнаказанность. Он не мог понять, вместить в свой разум – и вот за них, за вот эту жизнь умирали пацаны?! Вот за этих дешевых девок с крысиными повадками, пытающихся продать себя любому дерьму подороже, погибли Пашка, закрывший собой командира, Игорек, прикрывший их отступление?! Вот за этих ментов-беспредельщиков и самодовольных братков на крутых машинах погибли Егор и Мишка?! За рынки с дешевым шмотьем, за презрение сытых, грабящих, насилующих и продающих страну мальчонок погиб весь их взвод?! Для того, чтобы все они жрали, пили, воровали и торговали страной и самими собой без каких-либо ограничений и совести и презирали тех, кто вернулся оттуда, брезгливо кривя рожи, погибли и погибают каждый день замечательные, настоящие мужики?!

Ему от боли, разрывающей сознание и нутро, хотелось взорвать этих нелюдей к бениной матери, расстрелять длинной очередью первую встреченную лоснящуюся высокомерную харю! Он сам себя боялся! Боялся этих мыслей и той ярости, которая сжигала его изнутри!

И еще ему снились кошмары. Он все еще был там, на войне, и каждую ночь не успевал кого-то прикрыть, добежать, спасти, сгруппироваться, и каждую ночь просыпался с безумным криком, когда снова и снова погибал во сне.

Влад позволил отцу отвести себя в реабилитационный центр военного госпиталя на прием к психиатру, понимая, что без помощи у него реально поедет крыша, что он так и не научится заново жить. Врач Василий Михайлович, мужик лет шестидесяти, с очень мудрым, непростым взглядом, спокойный и уверенный, совершенно очевидно сочувствовал и понимал его, и вот что он сказал на приеме Битову:

– Главное, Влад, вы должны понимать и четко знать: ваше состояние – это не болезнь, не шизофрения и даже не психоз. Запомните это. Я объясню, что с вами происходит. В мозге скрыты огромные неизученные резервы. Когда человек попадает в экстремальную ситуацию, опасную для его жизни, мозг включает какие-то из этих резервов, и у человека открываются повышенные способности. Он начинает лучше видеть, слышать, осязать и обонять, тело, мышцы становятся выносливее и подвижнее, неимоверно увеличивается интуиция. ...

Василий Михайлович ему помог и адаптироваться к этой жизни, и справиться с ситуацией, но, как он и обещал, многие рефлексы и способности остались с Владом навсегда, как и шрамы на теле и в душе. И свои кресты, на личном, индивидуальном кладбище, и скорбь, которая никогда не пройдет, и, слава Тебе, Господи, совсем редко посещающие кошмары по ночам.

Что из этого он мог объяснить этой девочке?

https://ebooker.knigi.in.net/book/13577886-kniga-lyubov-bez-prava-na-oshibku?hl=44