ИСПЫТАНИЕ

Оно сознательно написано в традиции русского тонического верлибра, той самой, что восходит к поэтической прозе Ивана Бунина и глубинному надлому Марины Цветаевой. Отсутствие строгого размера здесь — не пренебрежение формой, а сама форма: рваный, прерывистый ритм должен передать состояние человека, потерявшего внутреннюю опору, выброшенного из привычного мира.

Отсутствие запятых в перечислениях — также часть формы. Я сознательно убрал эти «остановки», чтобы речь текла непрерывным потоком: образы наваливаются друг на друга, словно дыхание сбивается, и это создаёт ощущение смятения и тоски, где грамматика перестаёт быть важной.

Скрип калитки, «смазанной тоской», горькие лучи, рябина и пыльный воробей — это архетипы, знакомые нам из классической поэзии, но пропущенные через призму современного, почти физического переживания одиночества.

Надеюсь, эта попытка найти точку соединения вечной темы и её современного звучания найдёт отклик.

ИСПЫТАНИЕ

Поживите года два

Без мест родных

Без крыши дома своего.

Поспите на чужой кровати

Чужего постоялого двора.

Где рядом нет родной души.

Привычных в телевизоре

Придворной знати.

Поживите там где нет

ни гвоздика твоёва ни кола.

Зрачки не вдруг туманом и росой зальются

Не сможет теплый солнца круг

Сквозь толщу облаков пробиться

И горькими дождями

На твою подушку

Лучами горькими прольются.

И каждый раз

Тонкая березка охрипший пыльный воробей

Будут тебе сниться.

Раскрасневшаяся рябина,

Скрип петель калитки

Смазанной тоской

Будут всюду за тобой влачиться.