— А вы вовремя. Мы как раз закончили инвентаризацию. Всё, что помечено красным, — моё. Всё, что помечено вашими стикерами, — ваше. Можете забирать.

Маша жила в состоянии перманентного дежавю. Каждый раз, когда её свекровь, Ирина Павловна, и золовка, Катя, приходили к ним в гости, у неё возникало ощущение, что она попала на съёмки шоу «Квартирный вопрос», где её квартира — это приз, а она — временный, мешающий реквизит.

Её муж, Денис, был человеком мягким и искренне не понимал, почему Маша так напрягается.

— Ну что ты, Машенька, они же просто смотрят, — говорил он. — Мама же дизайнер по призванию, ей всё интересно.

«Дизайнер по призванию» ходила по их с Денисом квартире, купленной в ипотеку, которую они выплачивали вместе, и раздавала ценные указания.

— Катюш, посмотри, какой тут эркер! — говорила она дочери, игнорируя присутствие Маши. — Сюда идеально впишется твой фикус. А вот эту стену мы снесём, и будет большая кухня-гостиная.

Катя, томно кивая, уже мысленно расставляла свою мебель.

— Да, мам, а в спальне я бы поменяла обои. Эти слишком тёмные, давят.

Они ещё не развелись с Денисом. Они даже не собирались разводиться. Но его мама и сестра уже вовсю делили их будущее наследство. Они обсуждали, кому достанется дача («Кате, конечно, у неё же дети, им свежий воздух нужен»), кому — машина («Ну, Денису оставим, ему же на работу ездить»), а кому — набор серебряных ложек, подаренный Машиной бабушкой («Машеньке они ни к чему, она ими всё равно не пользуется»).

Маша сначала пыталась отшучиваться, потом — вежливо ставить их на место, но натыкалась на стену ледяного недоумения.

— Девочка моя, мы же просто мечтаем, — говорила Ирина Павловна с ангельской улыбкой. — Что в этом плохого?

Апофеозом этого театра абсурда стал день, когда Маша вернулась с работы и увидела на своём любимом диване, в гостиной, наклеенные стикеры. На одном было написано «Катя», на другом, прилепленном к торшеру, — «Мама».

— Это что такое? — спросила она у мужа, который как раз пил чай на кухне.

— А, это мама с Катей заходили, — беззаботно ответил Денис. — Они тут играли в «кто что заберёт, если что». Ну, знаешь, как в детстве.

И тут Маша поняла, что это не игра. Это репетиция. Репетиция её изгнания из собственной жизни.

Она не стала устраивать скандал. Она молча ушла в комнату. А на следующий день взяла на работе отгул и купила в канцелярском магазине большой рулон красных самоклеящихся этикеток.

Вечером, когда Денис вернулся домой, он замер на пороге. Вся квартира была оклеена красными стикерами. Они были повсюду. На холодильнике, на телевизоре, на его игровой приставке, на его любимом кресле. Даже на коте, который мирно спал на диване, красовалась маленькая красная точка.

На каждом стикере было аккуратно выведено одно слово: «МАШИНО».

— Маша, что это? — ошеломлённо спросил он.

Из комнаты вышла Маша. В руках у неё был тот самый рулон этикеток.

— Играю, — спокойно ответила она. — Как в детстве. Раз уж у нас тут все делят имущество, я решила тоже поучаствовать. И забронировать то, что считаю своим.

Она подошла к нему вплотную и приклеила ему на лоб большой красный стикер.

— Ты, — сказала она, глядя ему прямо в глаза, — пока тоже мой. Но это неточно. Гарантия истекает.

В этот момент в дверь позвонили. На пороге стояли Ирина Павловна и Катя. Они пришли «проверить, как прижился их фикус». Они вошли и замерли, увидев квартиру, охваченную «красной чумой».

— О, здравствуйте, — улыбнулась Маша. — А вы вовремя. Мы как раз закончили инвентаризацию. Всё, что помечено красным, — моё. Всё, что помечено вашими стикерами, — ваше. Можете забирать.

Она указала на диван.

— Вот, Катя, твой диван. Забирай. Правда, я не знаю, как ты его потащишь без ножек. Ножки — мои. Я их покупала отдельно.

Она посмотрела на свекровь.

— А ваш, Ирина Павловна, торшер. Отличный выбор. Только лампочка в нём моя. И провод тоже. Так что забирайте абажур и каркас.

Она обвела взглядом их вытянувшиеся лица.

— Знаете, — сказала она задумчиво, — в этой игре есть один нюанс. Вы делили то, что вам не принадлежит. А я поделила то, что принадлежит мне по праву. Включая половину этой квартиры, за которую я плачу ипотеку.