«Прости меня, Алена Андреевна»: как примерный отец в один миг превратился в монстра и что решил суд

Как часто мы, глядя на соседей, думаем: «Какая хорошая, крепкая семья!» Он — работящий электрик в вузе, она — интеллигентная учительница английского. Дочку маленькую вместе выгуливают, за ручку держат. Кажется, ну какая беда может случиться за этими чистыми занавесками?

Но жизнь порой наносит удар там, где его совсем не ждешь. История 34-летнего уфимца Андрея А., которая потрясла всю Башкирию в октябре прошлого года, подошла к своей юридической развязке. Но стала ли она легче для близких?

То роковое утро 9 октября начиналось тихо. Жена Анна вместе со старшим сыном-подростком уехали в санаторий в Калининградскую область — подлечиться, отдохнуть. Андрей остался дома один с трехлетней дочкой Аленой. Что произошло в голове мужчины, который до этого момента считался абсолютно благополучным, не могут объяснить даже врачи.

Алена упала головой на камень и затихла. Если бы не бдительные соседи, немедленно вызвавшие «скорую», спасать было бы уже некого. Самое поразительное, что в крови Андрея не нашли ни капли алкоголя, ни следов наркотиков. Он был физически трезв, но разум его в тот момент находился в черной бездне.

Соседи содрогнулись от грохота: из окна четвертого этажа полетела мебель. Вещи с треском разбивались об асфальт, Андрей вел себя как одержимый — крушил всё, что попадалось под руку. Но самое страшное случилось через несколько минут.

Перепуганная кроха, видя папино безумие, залилась горькими слезами. Вместо того чтобы обнять и успокоить ребенка, отец набросился на неё. Несколько ударов — и крошечное тельце полетело вслед за креслами и тумбочками... вниз, на холодный бордюр.

Алена упала головой на камень и затихла. Если бы не бдительные соседи, немедленно вызвавшие «скорую», спасать было бы уже некого. Самое поразительное, что в крови Андрея не нашли ни капли алкоголя, ни следов наркотиков. Он был физически трезв, но разум его в тот момент находился в черной бездне.

Когда Андрея задержали, он не мог вымолвить ни слова по существу. На первых заседаниях суда по избранию меры пресечения на него было больно и страшно смотреть. Мужчина сидел в стеклянном «аквариуме», корчил рожи, показывал неприличные жесты и вел диалоги с невидимыми собеседниками.

«Я слушаю. Не надо. Я понял. Спасибо!» — выкрикивал он в пустоту. Стало ясно: перед законом стоит не преступник-рецидивист, а человек, чей мозг внезапно дал страшный сбой.

Пока Андрей находился в СИЗО, а затем в психбольнице, его жена Анна проходила через все круги ада. Она примчалась в Уфу через два дня. Больше недели врачи боролись за жизнь маленькой Алены в реанимации. Состояние было критическим, на грани.

Но случилось чудо. Девочку удалось стабилизировать и отправить в Москву. Там столичные медики буквально совершили невозможное: поставили малышку на ноги и вернули ей речь. Всё это время мама была рядом, молясь о спасении дочери.

Экспертиза расставила всё по местам: хроническое психическое расстройство. Андрей не осознавал, что творит. Самое горькое в этой истории то, что даже жена не догадывалась о его ментальных проблемах. Мужчина годами носил это в себе, пока «мина замедленного действия» не взорвалась.

На суде в январе этого года Андрей выглядел уже иначе. Лекарства или осознание случившегося вернули ему проблеск вменяемости. На вопрос журналиста о том, понимает ли он, что натворил, мужчина тихо ответил: «Да».

— Вы сожалеете? — спросил репортер. — Абсолютно, — Андрей опустил голову. — Что бы вы хотели сказать дочери? — Прости меня, Алена Андреевна... — голос его дрогнул. Он назвал трехлетнюю кроху по имени-отчеству, словно признавая перед ней свою огромную, неискупимую вину.

6 февраля Орджоникидзевский районный суд Уфы вынес решение. Андрея не отправят в тюрьму — там ему не место. Его признали невменяемым и направили на принудительное лечение в психиатрический стационар под строгим наблюдением.

Эта история — огромный урок для всех нас. О том, как хрупка человеческая психика и как важно быть внимательными к своим близким. Ведь за маской обычного соседа-электрика может скрываться глубокая личная трагедия, которая в один миг может разрушить жизни всей семьи. Слава богу, Алена выжила. Но как ей жить дальше с памятью о том утре? Это вопрос, на который нет ответа.

Как вы считаете, можно ли было предотвратить эту беду, если бы близкие знали о болезни мужчины? И можно ли вообще простить такое, даже если человек был не в себе? Давайте обсудим это в комментариях. Также не забудьте подписаться и поставить лайк.

Спасибо за внимание.

Источник