Почему Эйнштейн не учил английский: Как немецкий язык правил наукой (и куда он исчез)

Вообразите, что вы — молодой, амбициозный физик. На дворе 1925 год. Вы хотите совершить прорыв, понять, из чего состоит материя, или расщепить атом. Какой язык вы учите в первую очередь, чтобы читать передовые исследования?

Спойлер: не английский.

Мы так привыкли к тому, что английский — это «язык международного общения», язык IT, науки и бизнеса, что кажется, будто так было всегда. Но я скромно разрушу этот миф. Английский стал глобальным феноменом совсем недавно.

А что было до этого? Давайте заглянем в мир до середины XX века.

До Второй мировой войны мир жил по другим правилам. Если вы хотели быть дипломатом, светским львом или писать романы, вы учили французский. Он был главным международным языком, «эсперанто» элит.

Но если вы хотели заниматься наукой и техникой, ваш выбор был очевиден: немецкий.

Немецкий язык был тем, чем сегодня является английский для программистов. Это был язык технологий. И вот тут начинается самое интересное.

Задумайтесь над этим фактом: большая часть создателей современной физики была из немецкоязычных стран.

Когда мы говорим о «золотом веке физики», о квантовой механике и ядерной физике, мы говорим о людях, которые жили, учились и писали в Германии, Австрии и Швейцарии.

Альберт Эйнштейн? Немецкий язык.

Вся плеяда физиков-ядерщиков? Преимущественно немецкоговорящие.

Но самый яркий пример, который приводит спикер, — это Нильс Бор.

Бор был датчанином. Казалось бы, должен писать на датском или, может быть, на английском? Нет. Нильс Бор писал свои научные труды на немецком. Почему? Потому что в то время немецкий был доминирующим языком науки. Чтобы тебя поняло научное сообщество, чтобы твой труд заметили, ты обязан был писать на немецком.

Эта история напоминает нам об одной важной вещи: языковое доминирование — явление временное.

Всего 80-90 лет назад мир говорил на других языках. Смена парадигмы произошла стремительно (во многом из-за геополитических сдвигов середины XX века), и английский захватил трон.

Так что, если вам сейчас кажется, что учить английский сложно и незачем, просто вспомните Нильса Бора. Он выучил немецкий, потому что это был ключ к будущему. Сегодня этот ключ — в другом языке. А каким он будет через 50 лет? 谁知道 (кто знает)... возможно, время китайского или испанского еще впереди.

Источник https://www.ixbt.com/live/science/pochemu-angliyskiy-stal-yazykom-nauki-ot-latyni-do-globalizacii.html

https://portal.tpu.ru/SHARED/t/TATVLAD/sechs/Tab1/Vladimirova_Posobie.pdf