«Вы сейчас будете смеяться»: Делягин озвучил «потрясающую новость», пока министр Решетников строит воздушные замки

Ну что, друзья, пристегните ремни. У нас тут очередной раунд в вечном поединке «чиновничий оптимизм против суровой реальности». В одном углу ринга — глава Минэкономразвития Максим Решетников с его удивительным спокойствием, в другом — депутат и экономист Михаил Делягин, который привык называть вещи своими именами. И, поверьте, после этой новости вам захочется либо долго смеяться, либо... ну, вы сами поймете.

С чего всё началось? Министр Решетников в эфире Первого канала выдал базу, которая заставила экономистов схватиться за голову. Он абсолютно серьезно заверил нас, что мировой рост цен на нефть никак не отразится на стоимости товаров внутри России.

Логика министра проста, как три копейки:

Растет цена только у тех, кто работает на экспорт.

Производственный сектор — это одно, а полка в магазине — совсем другое.

Отечественная «продовольственная линейка», мол, вообще находится в другом измерении и прямого воздействия не испытывает.

Звучит красиво? Почти как сказка на ночь. Но тут в игру вступил Михаил Делягин, который в своей программе «Итоги дна» не сдержал иронии. «Вы сейчас будете смеяться», — пообещал он, и начал по полочкам раскладывать, в чем подвох этого министерского «чуда».

Делягин напомнил о том, о чем в министерских кабинетах, видимо, предпочитают не вспоминать. Давайте честно: разве хлеб в магазин прилетает на крыльях ангелов? Нет, его везет грузовик, который заправляют бензином или дизелем. А как у нас устроено ценообразование на топливо?

Вот тут и зарыта та самая «потрясающая новость». Михаил Делягин объяснил цепочку, которую поймет даже школьник:

1. Налоги привязаны к миру. Налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ), который сидит в каждом литре бензина, напрямую зависит от мировых цен на нефть.

2. Нефть дорожает — налог растет. Следовательно, растет себестоимость производства бензина.

3. Государство не спешит на помощь. Дотации (демпфер) есть, но они не покрывают весь рост. Нефтяники не будут работать себе в убыток, значит — цена на заправках идет вверх.

4. Цепная реакция. Подорожал бензин — подорожала логистика. Подорожала логистика — переклеиваем ценники на макаронах и гречке.

«Подорожание бензина повлияет примерно на всё», — констатировал депутат. И самое печальное, что даже если доля топлива в цене хлеба невелика, наши торговые сети используют любой повод, чтобы задрать цену. Это и есть тот самый «произвол монополий», о котором говорит Делягин.

Еще один повод для горькой усмешки — временное ослабление санкций со стороны США. Американцы разрешили операции с российской нефтью, которая уже находится в пути. Радостно? Как сказать.

Делягин и тут прошелся по ситуации «катком». Он напомнил про так называемый налоговый маневр, который, по его мнению, носит абсолютно колониальный характер. Знаете, в чем его суть?

Экспорт сырой нефти практически освобожден от фискальной нагрузки.

Всё налоговое бремя перенесено на добычу и переработку внутри страны.

Именно поэтому у нас в стране-бензоколонке бензин стоит как в странах, где нефти никогда не видели. Именно поэтому наши НПЗ периодически лихорадит, а бензиновые кризисы стали сезонной забавой. Снятие санкций с нефти в море поможет заработать трейдерам и верхушке компаний, но российский бюджет и мы с вами от этого не увидим ни копейки.

Михаил Делягин прав в одном: когда нам говорят, что мировые рынки нас не касаются, это звучит как «потрясающая новость» из параллельной реальности. Пока система налогообложения заставляет нас платить больше только потому, что где-то в Техасе или Саудовской Аравии выросли котировки, связывать рост цен исключительно с «производственным сектором» — это, как минимум, лукавство.

Друзья, а что вы думаете по этому поводу? Кто вам ближе: оптимистичный министр или ироничный депутат? Видите ли вы связь между ценой на нефть в Лондоне и ценой на молоко в вашем «Магните» или «Пятерочке»? Давайте обсудим в комментариях!

Спасибо за внимание.

Источник.