Впервые в истории:экономика России впервые столкнулась с нехваткой рабочей силы

Эльвира Сахипзадовна открыла закон сохранения трудовой энергии

картинка

Ну что, граждане-работяги, присядем на ящик с болтами у проходной. Свершилось. Глава Центробанка Эльвира Набиуллина, вглядываясь в бездну макроэкономических графиков на Биржевом форуме, изрекла истину, от которой у станков по всей Руси Великой закапало масло из-под сальников. Оказывается, наша экономика «впервые в современной истории столкнулась с нехваткой рабочей силы».

Выдохнули. Нет, не выдохнули, а закашлялись от смеха.

Знаете, возникает стойкое ощущение, что Центробанк живет в какой-то параллельной реальности, где статистика рисуется не Росстатом, а абстрактным Малевичем — черный квадрат безработицы на фоне красного неба инфляции. То двадцать лет нам твердили про «рынок работодателя», про то, как мы все должны быть счастливы мыть полы за еду, лишь бы нас не сократили, а тут вдруг — бац! — «дефицит кадров».

Задолбали. Честное слово. То рынок труда переполнен, всех сокращают, кадровики ломятся от резюме «офисного планктона», а производства стонут от отсутствия заказов и сокращают рабочую неделю до трех дней. А нам с высокой трибуны сообщают: «Простите, у нас перегрев! У нас людей не хватает! Безработица — жалкие 2%!»

Картинка

И тут хочется спросить, но уже не с сарказмом, а с недоумением советского сантехника: Кого? Где? В каком именно кармане Вселенной не хватает?

Может быть, госпожа Набиуллина ищет рабочие руки не там, где станки стоят, а там, где печатают отчеты об эффективности ДКП? Действительно, попробуй найди человека, способного с каменным лицом объяснять, почему ключевая ставка в 15% (или сколько там сейчас, я сбилась со счета ) — это «не аномалия, а новая реальность». Тут действительно кадровый голод. Уникальные специалисты, штучный товар: переводчики с языка производственников на язык макроэкономического заклинательства.

Особенно умиляет пассаж про ухудшение внешних условий «почти на постоянной основе». То есть раньше, когда ставку взвинчивали до небес, это было «временно», как насморк. А теперь выяснилось, что это хронический гайморит, и лечить его предлагают тем же самым — трепанацией черепа бизнеса с помощью ключевой ставки. Логика железная: если у вас перегрелся двигатель от нехватки масла (читай: рабочей силы), нужно срочно перекрыть бензин (читай: кредиты) и ждать, когда машина встанет окончательно. И тогда, видимо, по задумке регулятора, рабочей силы станет хоть отбавляй — все освободятся, лежа на боку у заглохшего станка.

картинка

А что же производственники? А производственники, эти странные люди, которые трогают реальные детали руками, а не абстрактными категориями, говорят ровно обратное: «Падает спрос! Сокращаем рабочую неделю! Людей девать некуда!».

Но это всё ересь и вредительство. Не верьте глазам своим, верьте 2% безработицы. Это магия цифр. В эти 2% сейчас, видимо, записаны только те, кто физически не может поднять трубку и сказать: «Да, я работаю за еду в доставке, но в трудовой у меня прочерк». Остальные — «занятые» и «дефицитные».

Ирония судьбы, замешанная на густом сарказме, заключается в том, что нас пытаются убедить в «перегреве экономики», у которой нет ни топлива (импорт/экспорт усложнены), ни машинистов (рабочей силы), но при этом ставка ЦБ — это пожарный брандспойт, льющий ледяную воду на этот мифический пожар. А когда завод окончательно потухнет и люди пойдут на улицу уже не с заявлениями об уходе, а с плакатами о голоде, нам скажут: «Ну вот, видите, безработица выросла, инфляция упала. Мы же говорили, жесткость ДКП сработала! Трудовой ресурс освободился».

Господа, это не экономика впервые столкнулась с нехваткой рабочей силы. Это рабочая сила впервые так явно столкнулась с нехваткой экономики. Экономики здравого смысла. И это, простите за каламбур, действительно «из ряда вон выходящая ситуация». А ставка ЦБ — это просто счетчик, который показывает глубину нашего падения в эту новую, прекрасную, пустынную реальность.

Источник: