Такая разная судебная практика по договору о целом обучении

Пока у меня нет виртуального помощника, который анализировал бы судебную практику и находил нужные акты, я изучил её сам. Я исследовал дела апелляционных и кассационных инстанций, связанные с неправильным применением сроков исковой давности и определением правоотношений по договорам о целевом обучении.

В некоторых судебных решениях суды ошибочно применяли нормы об ученическом договоре к отношениям по целевому обучению. Однако Верховный Суд РФ не допускает таких ошибок. Он верно применяет к этим правоотношениям нормы гражданского и специального законодательства о целевом обучении, а не нормы трудового права. Например, в Определении СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 11 августа 2025 года № 14-КГ25-11-К1 чётко указано на это.

В одном из судебных актов нашел потрясающее теоретическое сравнение двух правовых институтов, которое кратко хочу изложить. Это апелляционное определение Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики от 20 августа 2025 г. №33-867/2025:

«Таким образом, положения части 6 статьи 71.1 Закона об образовании являются специальным нормативным регулированием правоотношений по целевому обучению, возникающих между образовательной организацией, заказчиком обучения и гражданином в связи с обучением по образовательным программам высшего образования в пределах установленной квоты целевого приема за счет средств бюджетных ассигнований.

В то же время отношения по ученическому договору, которые регулируются положениями главы 32 Трудового кодекса Российской Федерации, возникают между работодателем и работником или гражданином, ищущим работу у данного работодателя, поступившим на соответствующее обучение в образовательную организацию в рамках договора с работодателем об обучении с обязательством дальнейшего осуществления трудовой деятельности не менее оговоренного срока на основании заключенного с таким работодателем трудового договора.»

«Так, ученический договор регулируется трудовым законодательством (глава 32 Трудового кодекса Российской Федерации), а договор о целевом обучении – Федеральным законом от 29 декабря 2012 года № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» и Положением о целевом обучении по образовательным программам среднего профессионального и высшего образования, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 27 апреля 2024 года № 555 «О целевом обучении по образовательным программам среднего профессионального и высшего образования». При анализе указанных нормативно-правовых актов можно выделить следующие основные отличия ученического договора и договора о целевом обучении.

Ученический договор всегда является двусторонним и заключается между работником (либо лицом, имеющим работу) и работодателем, в качестве которого может выступать только организация (юридическое лицо) (ст. 198 Трудового кодекса Российской Федерации). Договор о целевом обучении может быть двусторонним или трехсторонним: гражданин, поступающий на обучение по программе среднего профессионального или высшего образования или обучающийся, с одной стороны, орган государственной власти Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования, юридическое лицо, индивидуальный предприниматель (заказчик целевого обучения) – с другой, образовательная организация, в которой нужно будет проходить обучение или организация, не являющаяся заказчиком, в которой обучающийся потом будет трудоустроен, с третьей стороны. При этом при поступлении на обучение или во время обучения по образовательной программе среднего профессионального или высшего образования гражданин вправе заключить договор о целевом обучении только с одним заказчиком целевого обучения (ст. 56 Закона об образовании, п. 3 Положения о целевом обучении).

Ученический договор имеет право заключить только работодатель – организация (юридическое лицо) (ст. 198 Трудового кодекса Российской Федерации), а договор о целевом обучении может заключать и индивидуальный предприниматель (ч. 1 ст. 56 Закона об образовании).

Обучение по ученическому договору проходит в организации, где работает (собирается работать) ученик (ст. 203 Трудового кодекса Российской Федерации), обучение по договору целевого обучения проходит в образовательной организации (ст. 56 Закона об образовании).»

По-моему, идеально разложены все отличия данных правовых институтов. Соответственно, на практике в зависимости от выбора гражданского или трудового права суды применяют годичный срок исковой давности, если признают отношения трудовыми, и трехгодичный, если считают, что отношения не трудовые.

Судебная практика во всех округах, в том числе в рамках одного округа разная. Приведу некоторые примеры сторонников признания отношений в рамках договора о целевом обучении трудовыми: Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 29 июля 2025 г. № 33-12231/2025, Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Астраханского областного суда от 27 ноября 2024 г. № 33-4487/2024, Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 3 октября 2024 г. № 33-11064/2024.

А это практика признания данных отношений гражданско-правовыми: Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 6 ноября 2025 г. № 33-47542/2025, Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 29 апреля 2025 г. по делу № 33-14469/2025, Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда по делу от 13 января 2026 г. № 33- 681/2026.

Подводя итог, можно с уверенностью сказать: разграничение договоров о целевом обучении и ученических договоров – не просто теоретический вопрос, а ключевой момент, напрямую влияющий на исход судебных споров. Разная квалификация правоотношений влечёт применение разных сроков исковой давности (годичного по ТК РФ или трёхгодичного по ГК РФ) и, как следствие, – разные правовые последствия для сторон.

Несмотря на чёткие позиции Верховного Суда РФ и детальный анализ отличий, судебная практика на уровне апелляционных и кассационных инстанций остаётся неоднородной. Это подчёркивает необходимость дальнейшего разъяснения и унификации подходов к применению норм в данной сфере. Благодарю за внимание!

Публикация авторская.