Мост в светлое вчера:Путин призвал построить мост через Сахалин

Владимир Путин осчастливил оленей бетоном, а бюджет — новой дырой

Фото:

Итак, свершилось. На просветительском марафоне с глубоко символичным названием «Знание.Первые» — видимо, потому что «Умение.Последние» звучало бы слишком пессимистично — президент извлек из рукава старую, потрепанную, но все еще любимую в народе идею. Мост на Сахалин. Точнее, даже не мост, а сакральное заклинание, которое принято произносить в моменты, когда нужно срочно создать видимость бурной деятельности и геополитического размаха.

Владимир Владимирович напомнил собравшимся представителям коренных малочисленных народов, что Дорогая история. Даже дело не в том, что мост дорогой, а в том, что прилегающая инфраструктура к этому мосту – вот самое дорогое, но все равно сделать нужно». Этот пассаж достоин войти в учебники по новой экономической логике. Раньше вульгарные материалисты считали, что если что-то стоит безумных денег, а сопутствующие расходы делают проект астрономически бессмысленным, то это повод задуматься. Но только не у нас. У нас новая искренность: чем дороже и бессмысленнее инфраструктура, тем «нужнее» ее строить.

Давайте просто вдумаемся в эту экономическую поэзию. Стоимость самого моста, этой рукотворной нитки через суровый пролив, меркнет перед стоимостью дорог, которые должны к нему подходить. Дорог, которые пойдут по безлюдной, дикой местности, сквозь болота и вечную мерзлоту. Это все равно что сказать: «Посуда не главная трата на кухне, главная — это подведение газопровода из Катара, но кастрюлю купить нужно». Мост ради моста. Инфраструктура ради инфраструктуры. Асфальт ради асфальта. И плевать, что экономика проекта не сходится даже в самых смелых отчетах заинтересованных лоббистов, нарисованных, кажется, тушью на рисовой бумаге.

картинка от ИИ

Но самое умилительное в этом театре абсурда — контекст. Заявление прозвучало на встрече с коренными малочисленными народами. Знаете, этот момент, когда к вам приходит большой начальник и, глядя в глаза эвенку, ненцу или нивхи

, говорит: «Мы тут подумали, и ради ваших интересов, так уж и быть, вгоним в землю триллионы рублей на рельсы и бетонные опоры в сейсмоопасной зоне». Спасибо, благодетель! Именно об этом веками мечтали оленеводы — о скоростном железнодорожном сообщении с Южно-Сахалинском, которое разрежет ягельники и распугает стада. Теперь-то заживем: прицепил упряжку к экспрессу «Сапсану» — и вперед, в светлое будущее.

Особую пикантность ситуации придает упоминание того, что проект «не забыт». Еще бы его забыть, когда на носу очередной электоральный цикл, и нужно отвлечь бюрократию грандиозным освоением бюджетных средств. В 2024 году Путин уже давал поручение проработать вопрос. Видимо, проработали. Выяснили, что денег нужно немерено, экономического смысла ноль, а рисков — вагон. И сделали гениальный вывод: «Надо строить». Это уровень стратегического планирования: если проблема не решается деньгами, нужно потратить еще больше денег.

В сухом остатке мы имеем прекрасную иллюстрацию принципа «денег нет, но вы держитесь», только в имперском изводе. В регионах, которые этот мост теоретически должен «оживить», врачей не хватает, дороги внутрипоселковые отсутствуют как класс, а тарифы ЖКХ кусаются. Но к чему эта мелочная суета? Главное — построить великий мост через пролив Невельского, чтобы грузовое движение по нему было в три раза ниже рентабельности. Это не транспортный проект. Это памятник. Дорогой, бессмысленный, циклопический памятник умению пускать пыль в глаза.

Коренные народы, чьи интересы «учтут» в последнюю очередь (скорее всего, нарисовав на заборе оленя), могут спать спокойно. Их благополучие отныне гарантировано не больницами и школами, а железобетонным исполином, который, если верить математике, никогда не окупится. Но цифрам у нас давно никто не верит. У нас верят в чудо. В то самое русское чудо, где мост строится не для людей, а люди живут ради того, чтобы любоваться величием моста... издалека. Потому что билет на поезд по нему будет стоить столько, что коренной народ скорее пешком по льду пойдет, как ходили их предки. Но зато с чувством выполненного президентского долга.

Источник: