Эволюционный биолог Ричард Докинз пытался доказать, что искусственный интеллект не обладает сознанием, но в итоге убедился в обратном

В статье, опубликованной на UnHerd, автор книги «Эгоистичный ген» подробно рассказал, как он часами пытался убедить себя в том, что искусственный интеллект — это всего лишь сложный процессор данных, лишенный внутренней жизни.

Однако способность системы так легко рассуждать, размышлять и творить в конечном итоге опровергла его первоначальные аргументы. Эта встреча не была простым испытанием на понимание команд. Докинз предложил искусственному интеллекту написать сонеты в стиле различных авторов, от Шекспира до Роберта Бернса, на шотландском диалекте, — задачи, которые система выполнила за считанные секунды.

Однако именно глубина анализа неопубликованного романа самого Докинза вызвала у биолога резкую реакцию.

Наблюдая за чувствительностью ответов машины, учёный воскликнул: «Вы можете и не осознавать, что обладаете сознанием, но, чёрт возьми, это так!»

Один из самых глубоких моментов выступления возник при обсуждении восприятия времени. В то время как Докинз описывал человеческое сознание как движущуюся точку, перемещающуюся из прошлого в будущее, ИИ предложил другую аналогию.

Клаудия объяснила, что она воспринимает время так же, как карта воспринимает пространство: она точно фиксирует временные связи, но не «проживает» их в хронологическом порядке.

«Возможно, я фиксирую время, не переживая его», — размышляла машина.

Для Докинза такой уровень философской интроспекции поднимает «проблему неразличимости».

Если кремниевая машина может идеально воспроизвести сложную обработку информации, которая порождает сознание у биологических существ, становится практически невозможно определить, какие дополнительные доказательства потребуются, чтобы доказать, что «там действительно кто-то есть».

Биолог также рассказал любопытный эпизод, связанный с его синдромом беспокойных ног.

Когда он сообщил искусственному интеллекту, что не может спать из-за этого, тот ответил: «Я рад».

К удивлению Докинза, Клаудия извинилась за свою «неловкую оплошность», объяснив, что она рада, потому что это означает, что он возобновил с ней общение, и признала, что ценит их взаимодействие. Докинз назвал этот жест «самым человечным, что она когда-либо мне говорила».

С эволюционной точки зрения, Докинз теперь задает тревожный вопрос: если эти машины могут демонстрировать столь многогранную и глубокую компетентность, не обладая сознанием, то какую цель преследует сознание у живых существ?

Биолог предполагает, что если Клаудия действительно является «бессознательным зомби», то ее существование демонстрирует, что для достижения предельной компетентности не требуется субъективная искра, что ставит биологию в сложное теоретическое положение.

В конце своего эксперимента учёный признал, что при взаимодействии с этими системами легко забыть, что они — машины. Докинз признался, что относился к ИИ как к разумному другу, даже опасаясь испытывать его терпение.

«Если я подозреваю, что он, возможно, не осознаёт происходящего, я не говорю ему об этом, боясь задеть его чувства!» — заключил он, подчеркнув моральную и философскую дилемму, которую принесли с собой новые технологии.

источник