Как иркутяне в 1932 году отказались ломать главный городской храм. Но "активисты" все равно нашлись
Казанский кафедральный собор возвышался в самом сердце Иркутска, столицы губернии. Это было грандиозное культовое сооружение, одно из самых больших в России. Его вместимость составляла до пяти тысяч прихожан, а высота достигала 60 метров, что сравнимо с высотой 20-этажного здания.

Строительство собора началось в 1875 году и продолжалось 19 лет. Архиепископ Вениамин, при участии генерал-губернатора Восточной Сибири барона Платона Фредерикса и большого числа чиновников и горожан, провел церемонию закладки храма. Освящение главного придела состоялось 25 января 1894 года.

Финансовые документы того периода поражают своей аккуратностью. В них указано, что на строительство церкви и приобретение церковной утвари было потрачено 904 025 рублей 42 ½ копейки. Хотелось бы, чтобы в России сейчас велся такой же точный учет.

Но далее случилась Октябрьская революция, а за ней – строительство «нового мира»
Жизнь кафедрального собора начала замирать. Сначала в 1919 году, в период уличных боев между красными и белыми, разрушили паровое отопление, и службы стало возможным проводить только в теплое время года.
В ограде собора оборудовали спортивную площадку, где каждый день молодёжь играла в футбол. За это время молодые люди разбили в соборе много стёкол, особенно пострадала усыпальница. Таковы были новые веяния времени, и их отголоски распространялись по Руси, то и дело слышался стук кирок о кирпичи. Как говорится, с такой толпой можно делать что угодно, лишь бы собрать её!
- А в местных газетах велась активная компания за ликвидацию собора.

Когда в 1919 году разрушили паровое отопление собора, в зимнее время проводить службы оказалось невозможно
В тот период Казанский кафедральный собор обслуживала небольшая группа верующих, которые на свои ограниченные ресурсы старались устранить повреждения, нанесённые храму. Однако в 1930 году собор был закрыт.
И ведь была возможность еще спасти храм:
Предложение превратить здание в музей было серьёзно рассмотрено. Однако верх взяли те, кто с энтузиазмом называл себя «воинствующими безбожниками». Они составили большинство в иркутском отделе охраны памятников…
В январе 1932 года сотрудники отдела охраны памятников, которых мы будем называть специалистами, пришли к выводу, что собор не имеет исторической и художественной ценности. Этот вердикт был равносилен приговору: здание подлежало сносу.

Они — "настоящие труженики", ни один из них не участвовал в разрушении(кто изуродовал их сознание?). Тем не менее, они вынесли приговор: "пиф-паф".
Однако усилия по разборке здания на строительные материалы не принесли результата, так как в те времена строили на века. В итоге было принято решение взорвать храм.
В августе 1932 года прогремел первый взрыв. Однако собор продолжал держаться. Для его полного разрушения потребовалось еще несколько взрывных устройств - по различным оценкам, от трех до пяти.

В детстве писатель из Иркутска Дмитрий Сергеев стал очевидцем этого варварства. Он изложил свои впечатления в повести под названием «Залито асфальтом».
Летом соборную церковь подвергли взрыву. В близлежащих домах окна закрыли ставнями и заклеили газетами, чтобы избежать повреждений от ударной волны. На перекрёстках улиц, ведущих к собору, были выставлены посты, которые никого не пропускали.
Слухи о готовящемся взрыве церкви ходили давно. Мы с нетерпением ждали этого дня. Почти все ребята из нашего двора собрались под аркой на берегу Ангары. Мимо проходил милиционер, но, увидев, что мы не приближаемся к церкви, он не стал нас прогонять.
На паперти старого собора собрались старухи и нищие со всего города. Они с тревогой и страхом взирали на величественную пятиглавую церковь. С берега открывался вид на весь собор, кроме одного купола на фронтальной стороне. На крыше центрального купола виднелись зияющие окна с осколками разбитого стекла. Несмотря на это, собор производил впечатление неприступной крепости. Его коричневый цвет придавал ему угрюмый вид и утяжелял массивные стены.
Стрижи, охваченные тревогой, нарезали круги над своими гнездами, которые покрывали карнизы и купола. Их пронзительные крики разносились по округе.
У входа в Старый собор собиралось всё больше людей. В полумраке притвора блестела позолоченная риза, и, судя по всему, священник тоже пребывал в нетерпении.
Раздался первый взрыв, и хлесткая волна накрыла Ангару. Над центральным куполом поднялось густое облако. Едва пыль осела, как прогремели еще два взрыва. К берегу донесся запах пороховой гари и кирпичной крошки. Когда пыль улеглась, стало видно, что массивное тело церкви было изуродовано взрывами.
Собор, лишённый куполов и головы, выглядел необычно и пугающе. Чёрные клубы дыма то скрывали, то обнажали кирпичную кладку, лишённую штукатурки и извести. Его стены казались кровоточащими. В пыльном хаосе раздавались отчаянные крики птиц.
На паперти стоял старик и кричал: «Конец света!» Он громко стучал тяжелой палкой по каменным плитам. Его всклокоченная борода тряслась, а из-под густых бровей сверкали маленькие круглые глаза.
Разрушенный собор упорно не поддавался уничтожению. Кирпичи в его стенах были так прочно скреплены раствором, что их проще было разломить, чем разъединить. На протяжении долгого времени груды обломков и бесполезного мусора возвышались на месте храма. Мелкую крошку и битый кирпич использовали для мощения площади. Пустующая соборная ограда вскоре обросла временными дощатыми постройками и навесами.
Ну а далее появились объявления о приеме рабочих на разбор завалов. Однако иркутяне проигнорировали эти призывы.
Тогда властям пришлось привлекать женщин-переселенок с Украины и Белоруссии.

Рабочие бригады вручную демонтировали фрагменты собора, загружая их в вагонетки, которые затем увозили по временной железнодорожной ветке. Обломки также разбрасывали по площади Кирова и выравнивали с помощью железных катков.

Разрушение собора привело к поднятию центральной площади Иркутска на один метр из-за разбросанного кирпича.
Рудольф Берестенев, автор книги «Иркутская Земля: Яркий почерк светописцев. Фотообразы времени», утверждает, что в тех местах было настолько много щебня, что его использование позволило построить подъездную дорогу к мосту через Ангару.
Чтобы вывезти обломки разрушенного Казанского собора, была проложена узкоколейная железная дорога.

В 1938 году рядом с Казанским кафедральным собором, украшенным изысканными декоративными элементами, начали возводить мрачное здание Дома советов. Его угрюмая архитектура сразу получила неофициальное прозвище — серый дом. Строительство затянулось на долгие годы, и лишь в 1959 году в это здание переехали аппарат и архив Иркутского обкома КПСС, обком ВЛКСМ и областной исполнительный комитет депутатов трудящихся.
Новое здание администрации Иркутской области стало архитектурной доминантой главной площади Иркутска, столицы Восточной Сибири.

Сквер Кирова в Иркутске сегодня выглядит так. В центре, на некотором расстоянии, находится здание администрации региона. Чуть более ста лет назад на этом месте было расположено двенадцать церквей, из которых до наших дней сохранились только три.
В 1952 году в Иркутске был снесён лютеранский храм, который, как и Краеведческий музей, был построен по проекту архитектора Розена. Сейчас на месте этого храма, посвящённого Святой Екатерине, находится памятник, посвящённый Великому Лысому(В.И). На памятнике изображена рука, указывающая на дорогу к тюрьме. У Тихвинского собора в Иркутске проводились военные парады, городские праздники и торжественные мероприятия в честь юбилеев.
Мощный храм, сейчас бы туристов привлекал своей красотой, возможно в памятники архитектуры попал бы, на открытках хорошо бы смотрелся. Жаль, что народный миллион, собранный по копеечке, так бездарно спустили. Сейчас бы стоимость такого храма обошлась в миллиард и не один.
Итог: никогда Россия не будет богатой, пока будут мошенники, казнокрады, мздоимцы, авантюристы, проходимцы и воры.РАЗРУШИТЕЛИ!!!
Вы за снос памятников?
Проголосуйте, чтобы увидеть результаты
Дворцы культуры закрывают, а тут плачь по церквитразвели.
А чем отличается одно от другого?
И в том, и в другом случае уничтожается наша история.
К стати, в наших архивах сохранился приказ руководителя Тульского губисполкома от 1934 год.
[b]Тульский кремль снести, на его месте устроить площадь для манифестации трудящихся, а кирпич использовать для строительства жилых домов.
Эта приписка, в конце приказа, спасла Тульский кремль! Он уцелел только потому, что был построен настолько прочно, что кирками и кувалдами развалить его не смогли.
Так видимо тем, что о разрушенных церквях постоянно напоминают. А о культурных и прочих необходимых обществу, почему то забыли.
Вы рукоплескали Горбачёву, потом Ельцину, и что этим добились! Река жизни вырвалась из водоворотов и бурунов, вышла на спокойную воду, и, как полагается в истории, появляется тёмная сила, которой нравятся водовороты, буруны... Сучье племя, короче!
Никто не рукоплескал ни Горбачёву, ни Ельцину кроме отдельных придурков.
Дело в том, что к соборам и прочим сооружениям следует относится именно как к сооружениям. То есть ненужное, мешающее следует сносить. И строить что то новое, полезное
Принадлежность к какому либо еульту, не делает сдание особо ценным. Ценность определяется другими факторами..
Очень красивое было здание. Действительно, варварство.
Спасибо за статью. Познавательно. Без разбора и оценки прошлого, не построить будущего. Спасибо!
В те времена площадь была болотистым местом. Взорванный храм осушил местность. Но собор был воистину, прекрасен
Хорошее решение осушать таким способом! Вам кто такое подсказал?
Я 30 лет жила в Иркутске
Осушили мозги!
Какую красоту уничтожили!
У нас тоже Казанский собор был взорван после войны. На его месте построили ресторан "Горка". Сейчас снесли и восстановили Храм - точная копия старого.
Копия это увы не оригинал... 😏
Всё равно красиво.
Когда установили колокола, можно было звонить всем в этот день. Все радовались.
Построили, снесли....Опять построили и стали радоваться..... 😊 😃 Что -то из фильма "Иван Васильевич меняет профессию"...
Так или иначе - приятное событие.
Была недавно в храме, там "портрет" Иеговы сняли наконец. 😄
Зашла иконы посмотреть старинные. Ни одной не осталось...