Как Онищенко не сдал ЕГЭ, или Озарение академика и вечная мудрость системы

Сегодня, когда каждый второй блогер считает себя экспертом по всем вопросам, а каждый первый чиновник – гением управления, появление столь откровенного признания от столь заслуженной фигуры – это, безусловно, событие. Геннадий Онищенко, человек, чье имя прочно ассоциируется с эпидемиями, наукой и, не побоюсь этого слова, с государственным здоровьем, признался в том, что не смог сдать ЕГЭ. И не просто не смог, а "ничего не понял".

Сарказм, конечно, тут напрашивается сам собой. Представьте себе: человек, который, вероятно, разбирается в тонкостях распространения вирусов и разработке вакцин, оказывается в ступоре перед тестом, который должен определять уровень знаний выпускников школ. "Ничего не понял", – говорит он, и в этой простой фразе звучит целая симфония недоумения. Неужели тесты ЕГЭ настолько сложны, что даже академик РАН, заслуженный врач России, не может осилить их? Или, быть может, дело не в сложности, а в самой сути этих тестов?

Сравнение с экзаменом на права – это отдельная песня. "Угадай ответ", – добавляет Онищенко. Вот оно - зерно истины, приправленное щепоткой... иронии. Ведь именно такое ощущение часто возникает у тех, кто сталкивается с ЕГЭ: не проверка знаний, а лотерея с заранее известными, но не всегда логичными, ответами. Система, которая претендует на объективность, давно скатилась до уровня игры в "угадайку", где успех зависит не столько от глубины понимания предмета, сколько от умения "попасть в нужную клетку".

То есть, пока выдающиеся умы ломают голову над тестами, заполняя клеточки... система, кажется, нашла свой дзен. Она существует, потому что никто не придумал ничего лучше.

ЕГЭ продолжит жить своей жизнью. Онищенко, возможно, найдет утешение в своих научных трудах, а выпускники будут продолжать "угадывать ответы", надеясь на удачу. А мы, простые смертные, будем наблюдать за этим цирком с улыбкой, смешанной с легкой тревогой и недоумением. Ведь если даже те, кто призван нас учить и лечить, не могут понять систему, которую сами же поддерживают, то что говорить о нас?

Признание Геннадия Онищенко – это не просто курьез, а яркое свидетельство того, что система ЕГЭ, несмотря на все заверения в ее эффективности, вызывает вопросы даже у тех, кто должен быть ее гарантом. Пока "никто ничего нового не предложил", мы рискуем остаться в плену тестирования, которое больше напоминает игру в угадайку, чем реальную проверку знаний. И это самое печальное "озарение" из всей этой истории.

Источник информации.