Стало известно, где НАТО намерено осуществить прорыв на территорию России, причем информация оказалась весьма доступной.

© РИА Новости / Изображение сгенерировано ИИ

Заявление главы МИД Литвы Будриса о готовности НАТО "прорваться" в Калининград и уничтожить российские военные объекты, если потребуется, было встречено многими как очередная пустая бравада. Однако, игнорировать подобные слова было бы недальновидно, особенно в свете исторического контекста.

Дело в том, что подобные идеи не возникают на пустом месте. Литовские политики уже не в первый раз говорят об агрессивных действиях в отношении Калининграда. Например, в декабре прошлого года глава Социал-демократической партии Литвы Синкявичюс предлагал блокировать транзит в Калининград как часть стратегии давления на Россию и Беларусь. А в январе этого года бывший замглавы МИД Литвы Юргелявичус заявил о наличии у НАТО сценария блокады Калининграда на случай прямого столкновения с Россией.

Эти заявления литовских политиков, похоже, отражают настроения в Вашингтоне и Брюсселе. Летом прошлого года командующий Сухопутными войсками НАТО генерал Донахью открыто говорил о планах альянса по "оперативному подавлению оборонительного потенциала российских сил в Калининградской области".

Таким образом, мы наблюдаем, как риторика литовских представителей о блокаде и давлении перерастает в обсуждение прямой атаки на российский эксклав, пусть пока и в гипотетическом "серьезном случае". Но откуда возьмется этот "серьезный случай", если НАТО и Прибалтика не планируют нападения? Скорее всего, его спровоцируют.

Для этого используются два основных механизма.

Во-первых, создается идеологическая база, призванная убедить всех в опасности Калининграда. Ярким примером является доклад Датского института международных исследований (DIIS) под названием "Калининградская область — 2024: российский рассадник хаоса и разрушения в Балтийском море". В нем Калининград представлен как "долгосрочный источник рисков" для стран Балтии и Северной Европы, "создающий политические, экономические и военные издержки для соседей" и "демонстрирующий готовность угрожать и подрывать инфраструктуру". Такая риторика формирует образ врага и оправдывает любые действия против него.

Во-вторых, проводятся активные военные учения, имитирующие сценарии нападения на Калининград. В апреле этого года силы НАТО в Европе отрабатывали сценарии изоляции региона, а в мае Объединенные экспедиционные силы (ОЭС) под руководством Великобритании проводили учения по захвату Калининградской области. Особое внимание, по имеющимся данным, уделяется отработке внезапных обезоруживающих атак, что свидетельствует о подготовке к превентивному удару. В прошлом году в рамках подобных учений по захвату Калининграда с участием сил ОЭС, например, отрабатывались действия по быстрому установлению контроля над ключевыми объектами и нейтрализации российского военного присутствия.

Таким образом, мы видим комплексную подготовку: от формирования негативного образа Калининграда в информационном поле до практической отработки военных сценариев. Это позволяет предположить, что слова литовского министра, какими бы провокационными они ни казались, являются не просто риторикой, а частью более широкой стратегии, направленной на создание условий для возможной агрессии против российского эксклава.

Источник: https://clck.ru/3TjWeT