Роберт Бартини. Статья 97: Общественный договор и чувство вины

"Молчаливая пауза над общественным договором", иллюстрация создана сетью Джемини

Ярко освещённая столовая, над богато накрытым столом горит большая керосиновая лампа с абажуром. У стола сидит вице-губернатор – высокий, широкоплечий мужчина, лет сорока, с круглой головой, коротким носом, большими круглыми глазами и длинными усами. Донна Паола и Елена. Горничная с няней подают ужин, обслуживают барина, барыню и барышню.

Донна Паола:

- Это очень-очень печальная история, я глубоко потрясена этой трагедией…

Барышня Елена:

- Бедный мальчик, какое страшное начало… А что его ждёт впереди? Кто это знает? Отпрыск благородных и нечестных людей, отдан каменщику и крестьянке, и те могут его бросить, если им всё это станет неудобным или невыгодным, что тогда с ним будет? Незаконнорожденный и даже не крещённый…

Вице-губернатор:

- Каждое существо имеет неотъемлемое право от природы – право на жизнь. Если человек родился – этим самым фактом он обрел право в обществе людском, обязанности приобретаются лишь гораздо позже, вначале все обязаны тебе, после все ты обязан всем – таков договор великий…

- Да, общественный договор. Но ведь лишь один идеал. Кто обязан этому мальчику? Никто ему не обязан, могут с ним делать, что хотят – он ведь бесправный, беззащитный, общественный договор. Где он? Скажи конкретно, кто обязан этому мальчику, назови?

- Кто обязан? ВСЕ обязаны. Конкретно: вот я обязан, ты обязан, она обязана (показывает на Елену), а также лакей и горничная обязаны, кухарка, конюх, обязаны все, кто с ним соприкасается.

- А в чём эта обязанность выражается? Ласкать его, пока это нам самим приятно, не обижать его, пока это нам ничего не стоит, терпеть его пока не надоело… А, когда он станет неудобным взрослым, его выбросят, как щенка – значит можно? Это ведь факт.

- Да, правда, это факт…

Наступила пауза. Молчат все, не зная, ощущая лишь смутно что-то неосознанное: чувство вины, жалости, отмежевания, исправления… Когда неизвестно, как избавиться, как изменить что-то гадкое, когда не знаешь, замешен ли ты своей беспомощностью в нехорошем деле, в деле оскорбляющим твою совесть.

Статья 97 поднимает глубокие этические вопросы о границах человеческой ответственности и уязвимости ребенка перед лицом жёсткой социальной системы. Подпишитесь, чтобы не пропустить продолжение этой истории. Ваши лайки помогают выходу новых материалов, а поддержка через кнопку Донаты вносит вклад в развитие проекта «Цепь».