Почему оспорить завещание так сложно: разбор дела из кассационной практики

Почему-то принято считать. что завещание оспорить просто, если его совершил пожилой человек. Достаточно провести судебную экспертизу на предмет его способности понимать значение своих действий. На практике это далеко не так. В качестве иллюстрации разберем пример из реальной жизни.

Девятый кассационный суд общей юрисдикции рассмотрел спор, в котором внучка пыталась оспорить последнее волеизъявление бабушки, но суды трех инстанций ей отказали.

Бабушка изменила свое решение

В конце 2022 года пожилая женщина оформила завещание, по которому квартира должна была перейти внучке.

Однако спустя всего несколько месяцев она составила новое завещание, указав наследником другого родственника. По закону именно последнее завещание имеет силу, поэтому прежний документ автоматически утратил действие.

После смерти бабушки в мае 2024 года внучка обратилась к нотариусу и узнала, что квартира завещана уже другому человеку. Тогда она решила оспорить новое завещание в суде.

Почему внучка считала завещание недействительным

По мнению истца, в момент подписания нового завещания бабушка уже не могла в полной мере понимать значение своих действий.

Внучка ссылалась на преклонный возраст, хронические заболевания, тяжелые переживания после смерти сына и признаки старческого слабоумия. Кроме того, она утверждала, что родственник, получивший квартиру, оказывал на пожилую женщину психологическое давление и фактически контролировал ее жизнь.

Ответчик с этим не согласился. Он указал, что завещание удостоверил нотариус, а незадолго до его составления женщина добровольно прошла психиатрическое освидетельствование, которое не выявило нарушений.

Почему суды отказали

Суд назначил посмертную психолого-психиатрическую экспертизу, однако специалисты не смогли сделать однозначный вывод о состоянии женщины на момент подписания завещания — имеющихся данных оказалось недостаточно.

При этом в деле не было медицинских документов, подтверждающих психическое расстройство, женщина не состояла на учете у психиатра, а нотариус не усомнился в ее способности понимать происходящее.

Доказательств того, что ответчик принуждал бабушку изменить завещание или совершал противоправные действия, суды также не нашли.

В результате первая инстанция отказала в иске, апелляция поддержала это решение, а кассационный суд не нашел оснований для его отмены.

Почему такие дела редко выигрывают

Российские суды исходят из презумпции действительности нотариально удостоверенного завещания. Чтобы признать его недействительным, недостаточно ссылаться на возраст наследодателя, болезни или семейные конфликты.

Необходимо убедительно доказать, что именно в момент подписания документа человек не понимал значения своих действий или не мог руководить ими. Сделать это без медицинских документов, заключения экспертов или иных объективных доказательств крайне сложно.

Именно отсутствие таких доказательств стало решающим обстоятельством и в этом деле.

Что важно знать

Во-первых, новое завещание отменяет предыдущее, если иное не предусмотрено самим документом. Поэтому рассчитывать на старое завещание не стоит, если позже было составлено новое.

Во-вторых, преклонный возраст сам по себе не свидетельствует о недееспособности. Суд оценивает конкретное состояние человека в момент подписания завещания.

В-третьих, нотариальное удостоверение и медицинские документы о нормальном психическом состоянии значительно усложняют последующее оспаривание завещания.

В-четвертых, для признания наследника недостойным необходимы убедительные доказательства его противоправных действий. Одних подозрений или семейного конфликта недостаточно.

Что в итоге?

Эта история показывает, что оспорить завещание значительно сложнее, чем кажется.

Если нет убедительных доказательств того, что наследодатель не понимал своих действий или действовал под принуждением, суд, скорее всего, оставит завещание в силе. Одних предположений, преклонного возраста или недовольства родственников для этого недостаточно.

Источник: Определение Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 26 февраля 2026 г. по делу № 88-1006/2026 (88-11454/2025).