«Пусть санкции не заканчиваются»: летчик-испытатель сказал то, о чём другие молчат

(Рисунок сгенерирован ИИ)

24 июня 2026 года в подмосковном Жуковском произошёл диалог, который вскрыл главный парадокс российской экономики. Герой России, лётчик-испытатель Роман Таскаев, сидя в кабине импортозамещённого МС-21, сказал президенту то, что многие думают, но не решаются произнести вслух:

«Мне просто хочется, чтобы санкции не заканчивались, потому что ребята стали жить, я вижу их, что они с удовольствием занимаются у нас».

Эти слова облетели все федеральные каналы. И в них — вся правда сегодняшнего дня. Но не вся правда вообще.

Таскаев не одинок. Владимир Путин позже пересказал этот диалог на совещании: «Как сказал мне сейчас один из людей, с которыми я общался, очень опытный авиатор, летчик-испытатель: как бы хорошо, если бы санкции еще не скоро закончились». Президент провёл параллель с 2014 годом, когда санкции, по его словам, дали импульс российскому сельскому хозяйству. И действительно: санкции сдвинули программу МС-21 на два года, но российские компании смогли справиться с задачей. Люди, которые делают самолёты, получили работу, зарплаты, смысл. Они увидели, что страна способна производить своё, а не покупать чужое. В этом смысле Таскаев абсолютно прав. Он видит своими глазами, как оживает отрасль, как инженеры и рабочие с энтузиазмом создают то, что раньше покупали за границей.

Но есть в этой истории вторая часть, о которой летчик-испытатель, скорее всего, не задумывался. Санкции, которые сегодня дают работу авиастроителям, завтра ударят по их детям. И это не эмоции — это экономика. Исследования Национального бюро экономических исследований США показывают, что в долгосрочной перспективе потребление в России из-за санкций упадет на 8,5%. Это не просто цифры — это реальные деньги, которых не будет у миллионов людей. В 2026 году экономика России растёт всего на 1%, а по прогнозам МВФ — не более 1,1%. Это почти стагнация.

Санкции делают более дорогими логистические цепочки российского экспорта и импорта, повышают стоимость продукции, снижают рентабельность предприятий и доходы бюджета. Технологическая изоляция усиливается, доступ к глобальным инновационным сетям закрывается. Без доступа к передовым технологиям Россия рискует надолго закрепиться в роли поставщика сырья, а не высокотехнологичных продуктов.

Но самое страшное — это накопленный эффект. Санкции работают не как удар, а как медленное удушение. Сегодня ты не заметишь, что экономика растёт на 1% вместо 3%. А через десять лет окажется, что твой ребёнок не может получить образование, которое дают в мире, потому что университеты отрезаны от международного сотрудничества. Что заводы продолжают работать на оборудовании 1930-1980-х годов, а не 2030-х. Что страна, которая могла быть лидером, откатилась на обочину.

И вот здесь возникает главный вопрос: имеют ли право те, кому сегодня хорошо, у которых сейчас выросла зарплата, говорить «пусть санкции не заканчиваются», если за это заплатят другие? Те, кто ещё не родился или только учится в школе. Те, кому через двадцать лет предстоит жить в стране, которую санкции превратили в экономическую периферию.

Лётчик-испытатель Роман Таскаев сказал правду о сегодняшнем дне. Но он не сказал правду о завтрашнем. А завтра наступит быстрее, чем мы думаем. И тогда его слова, которые сегодня звучат как гимн труду, могут обернуться эпитафией для целого поколения.

Источники:

https://www.kommersant.ru/doc/7534662?ysclid=mqt252ptul31832442

https://www.vesti.ru/ns/putin-pogovoril-s-letchikom-ispytatelem-ms-21-taskaevym?ysclid=mqt22t4lme732851225