Аристон. Статья 136: Иллюзия компромисса с инферно: Кровавый урок Торманса

"Конец астрофизика", иллюстрация создана сетью Джемини

Донос как следствие корысти и страха

Инфернальная антисистема, выстроенная номенклатурной олигархией на планете Торманс, держится не только на прямом насилии номенклатуры, но и на тотальном растлении человеческих душ. Как только в замкнутом пространстве деспотии приоткрывается окно к высшему знанию, система мгновенно порождает механизмы самозащиты через низость и предательство.

Астрофизик Нар-Янг, сопоставив научные данные землян о структуре пространственно-временного континуума, математически вскрыл обман Фай Родис. Он понял, что никакого второго звездолёта Земли не существует и силовое уничтожение центра олигархии – лишь блеф. Но вместо того, чтобы использовать это знание для освобождения своего народа, Нар-Янг, будучи корыстолюбивым и честолюбивым обывателем, решает продать эту тайну Совету Четырёх, надеясь выслужиться и получить личную аудиенцию у владык Торманса.

Ниже приведена подлинная, леденящая душу сцена из романа Ивана Ефремова «Час Быка», наглядно иллюстрирующая истинное лицо номенклатурного фашизма и неизбежность применения к нему только насильственных мер.

Цена предательства: Урок Гэна Ши

«Ген Ши помолчал, разглядывая жёлтокожего астрофизика, а потом тихо сказал:

- Ну, выкладывай сообщение! Надеюсь, ты решился потревожить владыку по действительно важной причине, иначе, сам понимаешь, – от улыбки Ген Ши приободрившийся было Нар-Янг зябко поджал пальцы на ногах.

- Сообщение важное настолько, что я изложу его лишь самому великому, – твёрдо сказал он.

- Великий занят и повелел два дня его не тревожить. Говори, да побыстрее!

- Я хотел бы видеть владыку. Он разгневается, если я скажу кому-нибудь другому, – учёный опустил глаза.

- Я тебе не кто-нибудь, – угрюмо сказал Ген Ши, – и не советую упорствовать.

Нар-Янг молчал, стараясь преодолеть страх. Они не посмеют ничего ему сделать, пока он владеет тайной, иначе она погибнет вместе с ним. Астрофизик молча помотал головой, боясь выдать словами свой испуг. Ген Ши так же молча закурил длинную трубку и дымящимся концом её показал в угол комнаты.

Мигом к Нар-Янгу подскочили «лиловые» [охранники], содрали с него брюки, другие охранники сняли чехол с предмета, стоящего в углу комнаты. Ген Ши лениво встал и приблизился к грубому деревянному изваянию умаага. Прежде этих животных, ныне почти вымерших, разводили на планете Ян-Ях для езды верхом и в упряжке. Морда умаага была оскалена в зверской усмешке, а спина стесана в виде острого клина. «Лиловый» спросил:

- Простое сидение, владыка, или?...

— Или! – ответил Ген Ши. – Он упрямый, а сидение требует времени. Я спешу.

«Лиловый» кивнул, вставил рукоятку в лоб деревянной скотины и стал вращать. Клиновидная спина, точно пасть, стала медленно раскрываться.

- Что ж, надевайте ему стремена! – спокойно сказал Ген Ши, выпуская клубы дыма.

Прежде чем охранники схватили его, Нар-Янг понял свою участь. В народе давно уже ходила молва о страшном изобретении Гир Бао, предшественника Ген Ши, с помощью которого могли добиться любого признания у мужчин. Их сажали верхом на умаага, и деревянные челюсти на спине изваяния начинали медленно сдвигаться. Дикий ужас сломил всё упрямство и человеческое достоинство астрофизика. С воплем «Всё скажу!» он пополз к ногам Ген Ши, вжимаясь в пол и моля о пощаде.

- Отставить стремена! – скомандовал владыка. – Поднимите его, посадите, нет, не на умаага – в кресло!

Нар-Янг, проклиная себя за низость доноса, дрожа и захлёбываясь, рассказал, как сегодня утром земной гость проговорился на заседании физико-технического института, не догадавшись о выводах, какие учёные Ян-Ях сделают из обрисованной им картины вселенной.

- И ты один нашёлся умный?

- Не знаю... – Астрофизик замялся.

- Можешь называть меня великим, – снисходительно сказал Ген Ши.

- Не знаю, великий. Я сразу же пошёл чертить и вычислять.

- И что же? – Звездолёт пришел из невообразимой дали космоса. Не меньше тысячи лет потребуется, чтобы сообщение отсюда достигло Земли, две тысячи лет на обмен сигналами.

- Это значит?! – полувопросительно воскликнул Ген Ши.

- Это значит, что никакого второго звездолёта не будет... Я ведь присутствовал в качестве советника на переговорах с землянами... И ещё, – заторопился Нар-Янг, – показанное нам заседание земного совета, разрешающее уничтожить Ян-Ях, – обман, блеф, мистификация, пустое запугивание. Никого стирать с лица планеты они не будут! У них нет на это полномочий!

- Ну, такие дела возможны и без полномочий, особенно если далеко от своих владык, – подумал вслух Ген Ши и вдруг грозно ткнул пальцем в учёного:

- Никто об этом не знает? Ты никому не проговорился?

- Нет, нет, клянусь Змеем, клянусь Белыми Звёздами!

- И это всё, что ты можешь сообщить?

- Всё.

Опытное ухо Ген Ши уловило заминку в ответе. Он поиграл изломанными, как у большинства жителей Ян-Ях, бровями пронизывая жертву безжалостным взглядом.

- Жаль, но всё же придётся прокатить тебя на умааге. Эй, взять его!

- Не надо! – отчаянно завопил Нар-Янг.

- Я сказал всё, о чем догадался. Только... Вы помилуете и отпустите меня, великий?

- Ну? – рявкнул Ген Ши, сокрушая последние остатки воли ученого.

- Я слышал разговор двух наших физиков, случайно, клянусь Змеем! Будто они разрешили загадку защитного поля землян. Его нельзя преодолеть мгновенными ударами вроде пуль или взрыва. Чем сильнее удар, тем больше сила отражения. Но если рассечь его медленным напором поляризованного каскадного луча, то оно поддаётся. И один сказал, что он хотел бы попробовать свой квантовый генератор, недавно изготовленный им в рабочей модели.

- Имена?

- Ду Бан-Ла и Ниу-Ке.

- Теперь всё?

- Полностью всё, великий. Более я ничего не знаю. Клянусь.

- Можешь идти. Дайте ему иглу и плащ, отвезите куда надо.

К натягивающему брюки Нар-Янгу подошли «лиловые».

- Ещё двоих за этими физиками! Нет, берите только Ду Бан-Ла. С женщиной придётся возиться, они всегда упорнее!

Старший из «лиловых», низко кланяясь, исчез за дверью. Другие подвели учёного к выходу. Едва он ступил за порог, как офицер в чёрном, молча стоявший в стороне, выстрелил ему в затылок длинной иглой из воздушного пистолета. Игла беззвучно вонзилась между основанием черепа и первым позвонком, оборвав жизнь Нар-Янга, так и не успевшего научиться простой истине, что никакие условия, мольбы и договоры с бандитами невозможны.

Остатки старой веры в слово, честь или жалость погубили множество тормансиан, пытавшихся выслужиться перед олигархами и поверивших в «законы» и «права» шайки убийц, какими были по существу, Совет Четырёх и его высшие приближённые».

Главный вывод Меры

Данная сцена из романа Ивана Ефремова полностью уничтожает любые мещанские иллюзии о возможности ведения диалога с фашистской номенклатурой «законными, демократическими методами».

Попытка Нар-Янга сторговаться с бандитами, утаить часть информации, выторговать себе жизнь и статус – это классическое проявление «живой смерти» внутри инферно. Предатель выдал не только блеф землян, но и подставил своих коллег-учёных. Олигархический режим Гэна Ши забрал всё ценное знание, подчистую выскоблил волю доносчика, а затем безжалостно ликвидировал его беззвучным выстрелом в затылок.

С шайкой убийц, узурпировавшей планету, невозможны договоры, компромиссы, суды или апелляции к «правам человека». Инфернальная ловушка захлопнулась слишком плотно. Единственный способ укротить этого «зверя» – волевое, пассионарное и жёсткое внешнее вмешательство, опирающееся на законы Меры и ноосферное право силы, защищающее живые души от окончательной утилизации.

Включайся в Ноосферную сеть!

Подпишись, чтобы вместе с проектом «Аристон» вскрывать коды великой фантастики и понимать истинные законы исторического развития.

Напиши в комментариях: Как вы считаете, почему обыватели в тоталитарных системах так часто верят, что «законы» бандитов их защитят, если они будут усердно служить режиму?

Поддержи проект «Аристон» через «Донаты» – твое участие помогает нам снимать кодировки с запретного знания и транслировать логику ноосферного будущего.