Призрак на троне: Как польский королевич почти 20 лет «числился» русским царем

В русской истории есть фигуры, чье правление кажется парадоксальным, а статус — размытым. Одним из таких уникальных исторических казусов является период Смутного времени, когда на русский престол был избран, присягнул и даже чеканил монеты со своим именем… поляк.

Речь идет о 16-летнем польском королевиче Владиславе Сигизмундовиче (будущем короле Речи Посполитой Владиславе IV). Он вошел в историю как «царь Владислав», но с одной важнейшей оговоркой: он был избран и признан русским царем, но так и не был коронован и ни одного дня фактически не правил в Москве.

Эта история — о трагедии упущенных для Запада возможностей, фатальных ошибках отцов и детей, и о том, как призрак польского царя чуть не изменил русскую национальную идентичность.

К 1610 году Россия лежала в руинах. Смутное время, начавшееся после пресечения династии Рюриковичей, переросло в полномасштабную гражданскую войну и иностранную интервенцию. Лжедмитрии, восстания, голод и польско-шведская интервенция довели государство до черты распада.

Правивший в Москве царь Василий Шуйский был крайне непопулярен. Его авторитет рухнул после того, как он не смог защитить страну от авантюриста Ивана Болотникова и шведских войск. Тем временем король Польши и Швеции Сигизмунд III Ваза, воспользовавшись хаосом, начал открытую войну против России, осадив Смоленск.

Летом 1610 года произошло событие, перевернувшее ход истории: в битве под Клушином объединенное польско-литовское войско (Речь Посполитая) под командованием гетмана Станислава Жолкевского наголову разгромило русско-шведскую армию. Дорога на Москву была открыта.

Понимая, что Шуйский больше не может удержать власть, группа знатных бояр (вошедшая в историю как «Семибоярщина») совершает государственный переворот. Они свергают и постригают в монахи Василия Шуйского.

Но боярам нужен был новый царь. Сами они править не могли и не хотели — им нужна была «сакральная» фигура, легитимный монарх, который прекратит смуту. Выбор пал на старшего сына Сигизмунда III — королевича Владислава.

Между боярами и гетманом Жолкевским был заключен договор. Условия были четкими:

Владислав признается русским царем.

Он сохраняет православную веру (или переходит в нее).

Боярская дума и Земский собор сохраняют свои права.

Польша помогает России вернуть утраченные земли и защищает от шведов.

Бояре, измученные анархией, готовы были видеть на троне даже католика, надеясь, что со временем он примет православие, как это делали многие правители. 27 августа 1610 года Москва присягнула царю Владиславу Сигизмундовичу. В город были введены польские войска. Казалось, Смута заканчивается.

Но здесь на сцене появляется фигура, которая перечеркнула все договоренности, — король Сигизмунд III. Находясь под Смоленском, он категорически отказался отпустить сына в Москву.

Сигизмунд был фанатичным католиком и убежденным абсолютистом. Он считал, что Россия уже завоевана польским оружием, а значит, он сам должен стать ее правителем. Он потребовал, чтобы Владислав оставался католиком, а бояре присягнули не сыну, а ему, королю. Более того, он отказался гарантировать соблюдение прав русского дворянства.

Это стало катастрофой. Жолкевский, понимавший, что без согласия бояр и народа удержать Россию невозможно, оказался в ловушке. Польские войска, оставшиеся в Москве без жалования и видящие нерешительность короля, начали вести себя как оккупанты. Они грабили жителей, оскверняли церкви и игнорировали бояр.

Мечта о польском царе-православном рухнула. На ее место пришел польский гарнизон-оккупант.

Народ, который еще недавно готов был принять королевича, восстал. Началось формирование Первого, а затем и Второго ополчения под руководством Кузьмы Минина и князя Дмитрия Пожарского. Лозунг «Земля за себя» стал ответом на польскую оккупацию.

В 1611 году поляки, запертые в Кремле, устроили чудовищный пожар, который уничтожил большую часть Москвы. К 1612 году Второе ополчение полностью освободило столицу. Польский гарнизон капитулировал, а мечта о Владиславе как о русском царе превратилась в прах.

В 1613 году Земский собор избрал на престол 16-летнего Михаила Романова. Династия, которая будет править Россией следующие 300 лет, вступила в свои права.

Что же случилось с самим Владиславом? Он так и не стал русским царем, но и не отказался от титула сразу. Долгие годы в польских документах он именовал себя «Владислав, Божиею милостию царь и великий князь всея Руси».

В 1617 году, уже будучи наследником польского престола, он предпринял неудачный поход на Москву, пытаясь силой вернуть себе то, что было обещано боярами. Поход провалился, но война продолжалась.

Только в 1634 году, после неудачной для России Смоленской войны, был подписан Поляновский мир. Владислав, к тому времени уже ставший королем Речи Посполитой Владиславом IV, официально и навсегда отказался от претензий на русский престол в пользу Михаила Романова и его наследников. Взамен Россия выплатила Польше, точнее королю, крупную контрибуцию в 20 тысяч рублей за отказ от притязаний на российский престол.

История «некоронованного царя» Владислава — это урок того, как амбиции и религиозный фанатизм одного человека (Сигизмунда III) могут изменить ход истории целых народов. Если бы король согласился на условия бояр, возможно, Россия вошла бы в состав Речи Посполитой на правах автономии, а династия Ваза сидела бы в Московском Кремле.

Но история распорядилась иначе. Польская интервенция и фигура «латинского царя» стали для России мощнейшим катализатором. Именно в огне борьбы с интервентами, в попытках не допустить на русский престол католического монарха, сформировалось русское национальное самосознание.

Источник https://aif.ru/society/history/car_vladislav_istoriya_monarha_prodavshego_rossiyu_za_20_000_rubley