Матвиенко заявила, что законы пишут под запросы граждан. А вы чувствуете это на себе?

В минувшую пятницу председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко, подводя итоги весенней сессии, сделала заявление, которое, казалось бы, лежит в плоскости официальной риторики, но на деле заставляет задуматься о природе законотворчества в современной России.

Цифры, озвученные Матвиенко, впечатляют: более 30 рассмотренных законов и участие в разработке еще 130 инициатив. Однако за сухими цифрами скрывается главный вопрос: действительно ли мы видим эту связь между народным наказом и итоговым юридическим документом?

В последние годы мы наблюдаем тренд, когда законотворческий процесс все больше смещается в сторону превентивных мер, а не реактивных. Если раньше законы часто рождались в кабинетах как абстрактные модели управления, то сейчас акцент смещен на «болевые точки» территорий.

Председатель СФ особо подчеркнула, что работа велась в тесном контакте с администрацией президента, правительством и, что самое важное, с субъектами Федерации. Именно регионы сегодня являются главными генераторами повестки. Проблемы малого бизнеса, социальная поддержка семей, вопросы местного самоуправления — инициативы приходят снизу, проходят фильтр экспертных сообществ и лишь затем превращаются в норму права.

Особое внимание в выступлении Матвиенко было уделено «кропотливой работе». Законодательство — это сложный механизм, где любая, даже самая благая инициатива, может дать сбой.

Фраза о работе «в контакте с экспертным сообществом» здесь ключевая. Она означает, что даже самый громкий народный запрос не становится законом моментально. Ему предшествует длительный процесс калькуляции рисков, экономического обоснования и юридической шлифовки. Это защищает граждан от популистских обещаний, которые не имеют ресурсной базы.

Утверждение Матвиенко звучит как посыл: власть слышит и реагирует.

Будет ли эта реакция всегда своевременной и полной? Покажет время и правоприменительная практика. Однако сам факт того, что работа Совфеда позиционируется через призму «ответа на запрос», а не «спускаемой сверху директивы», говорит о том, что диалог между обществом и властью в законодательной плоскости не просто декларируется, но является основой повестки.

Из сказанного Валентиной Матвиенко следует четкий посыл: законы пишутся для людей и во благо людей. Это красивая и правильная формулировка, которая, безусловно, должна лежать в основе любого правового государства.

Однако политическая риторика и реальная правоприменительная практика — это, как известно, две разные величины. Глава Совфеда озвучила мнение законодателей. Но истина, как водится, рождается в диалоге. Чтобы понять, насколько принятые нормы действительно совпадают с чаяниями общества, одного отчета чиновников недостаточно.

Очевидно, что главный экзамен любой законопроект сдает не в стенах парламента, а в повседневной жизни миллионов граждан. Поэтому единственный способ проверить слова спикера на прочность — спросить у самих россиян. Слышит ли власть их реальные проблемы? Превращаются ли эти «запросы» в реальные перемены или остаются лишь поводом для отчетов?

Источник