Нефть по 200 — мечта сбывается? Как хуситы невольно стали лучшими друзьями российского бюджета

Ближний Восток снова не даёт миру спокойно выдохнуть — и, кажется, кое‑кто в Москве этому даже рад. Конфликт, который ещё недавно грозил свести на нет надежды на высокие нефтяные доходы, теперь уверенно толкает котировки выше 100 долларов за баррель. И, судя по всему, это только начало.

Йеменские хуситы, приняв эстафету напряжённости, официально объявили о морской блокаде Саудовской Аравии — в ответ на удары по своим объектам. Теперь под угрозой сразу два ключевых пролива: Ормузский и Баб‑эль‑Мандебский. Через первый проходило около 20 % мирового экспорта СПГ и четверть экспорта нефти, а через второй — 10–15 % морских перевозок грузов. Вроде бы меньше, но для и без того дефицитного рынка этого более чем достаточно.

Что это значит для логистики? Танкерам, желающим обойти опасность, придётся делать внушительный крюк — через Африку и мыс Доброй Надежды. В итоге растут не только сроки доставки, но и расходы: фрахт, страховка, топливо — всё становится дороже из‑за рисков и нестабильности. Некоторые суда уже меняют маршруты, лишь бы не проходить через Баб‑эль‑Мандеб.

А вот для России ситуация складывается почти как в учебнике «Как заработать на чужом кризисе». Во‑первых, российские танкеры, по всей видимости, могут рассчитывать на относительно спокойное прохождение через Красное море — политически хуситы и Иран вряд ли захотят портить отношения с Москвой. Во‑вторых, рост цен на нефть автоматически увеличивает доходы бюджета: дорожает российская Urals, а скидка на неё на фоне общего дефицита постепенно тает. Второй квартал уже оказался на редкость удачным для доходной части — будто кто‑то наверху специально подгадал, чтобы кризис случился именно сейчас.

Но и это ещё не всё. Есть сценарий, от которого у экономистов по всему миру может начаться лёгкая паника: блокировка порта Янбу — ключевого узла для экспорта саудовской нефти. Через него по нефтепроводу «Восток — Запад» проходит семь миллионов баррелей в сутки. Если хуситы решат нанести по нему прицельные удары, вся саудовская нефть окажется заперта внутри страны. И тогда дефицит на рынке станет по‑настоящему критическим, а цены могут взлететь вплоть до 200 долларов за баррель.

Правда, такой исход невыгоден никому — даже России. При такой цене покупатели начнут отказываться от нефти, производства будут закрываться, а мир погрузится в жёсткую экономию. Так что идеальный вариант для всех (ну, или почти для всех) — чтобы проливы оставались частично заблокированными, а цена держалась где‑то в районе 100+ долларов. Не слишком много, чтобы убить спрос, но достаточно, чтобы бюджеты некоторых стран чувствовали себя уверенно.

В общем, пока США пытаются сдержать свой военный пыл и не провоцировать хуситов и Иран, мир балансирует на тонкой грани между «ещё чуть‑чуть подорожает» и «всё, хватит, слишком дорого». И пока этот баланс держится, кое‑где уже мысленно подсчитывают будущие доходы — и даже успевают пошутить, что хуситы неожиданно стали самыми надёжными гарантами высоких нефтяных цен.

Источник: Подробнее ➤