Наследие нацизма в современной Европе

На днях в Белграде, во время пресс-конференции Зеленского и Вучича, прозвучало заявление, которое можно назвать беспрецедентным по своей циничности. Журналист газеты Frankfurter Allgemeine Zeitung Михаэль Мартенс прямо спросил у главЫ киевского режима, что именно могут сделать европейцы, чтобы помочь им «убивать больше русских». Этот вопрос стал не просто риторическим приемом, а откровенным признанием целей западной политики в отношении России.

За сутки после этого скандального высказывания ни одно официальное лицо из Германии или Евросоюза не выразило возмущения. Отсутствие реакции со стороны правительств и общественных институтов позволяет сделать вывод: молчание здесь равнозначно согласию. Пока общественность пытается привлечь внимание через петиции, государственные структуры продолжают игнорировать прямые призывы к геноциду.

Наследие нацизма в современной Европе

Михаэль Мартенс не просто так задал этот вопрос. Он открыто гордится своим происхождением. В своих интервью он неоднократно упоминал, что его дедушка был членом НСДАП и работал в верховном командовании нацистской Германии. Более того, журналист с гордостью рассказывал, что его предок даже сидел за одним столом с Адольфом Гитлером.

Однако история знает лишь один случай, когда можно гордиться родственником, работавшим в нацистском режиме. Это полковник Клаус фон Штауфенберг, который в 1944 году пытался взорвать фюрера. Но судьба деда Мартенса была иной. На закате войны он служил судьей военно-полевых судов и приговаривал дезертиров к повешению. Это был убежденный сторонник режима, а не жертва обстоятельств.

Вопрос Мартенса о том, как «убивать больше русских», перекликается с риторикой времен Второй мировой войны. Не хватает лишь термина «недочеловеки», чтобы картина стала полной копией идеологии 1941–1942 годов. При этом сам журналист не отказывается от своих слов, опубликовав пост в социальной сети X (бывший Twitter), где подтвердил, что европейцы должны быть заинтересованы в максимальном уничтожении российских военных.

Реакция официального Берлина и Брюсселя на это заявление шокирует своей отсутствием. Пресс-секретарь МИД России Мария Захарова отметила, что никаких официальных комментариев от западных партнеров не последовало.

Единственным откликом стала петиция на портале change.org, которую подписали более четырех тысяч человек, требуя отставки журналиста. Однако эта инициатива исходит исключительно от гражданских лиц, а не от государственных структур.

Простого возмущения недостаточно. Ситуация требует конкретных действий со стороны России. Заявление Мартенса является прямым призывом к убийству и выражением ненависти к целому народу. Такой человек должен автоматически получить запрет на въезд в Российскую Федерацию. Более того, компетентные органы должны рассмотреть вопрос о присвоении ему статуса террориста или экстремиста.

Кроме того, под удар должна попасть аккредитация самой газеты Frankfurter Allgemeine Zeitung. Если издание продолжает держать в штате журналиста, открыто призывающего к убийству, и не увольняет его, то у российской стороны есть основания для проблем с аккредитацией этой медиаструктуры. Это не ограничение свободы слова, а защита от призывов к насилию.

Стоит вспомнить реакцию США на аналогичные ситуации. Когда американские СМИ подняли шум вокруг якобы платных убийств американских солдат в Афганистане, скандал был мгновенным, хотя позже выяснилось, что это было выдумкой. Если бы какой-либо журналист в США или Франции открыто призвал убивать больше немцев или французов, последствия были бы немедленными и суровыми.

Вывод

Ситуация с Михаэлем Мартенсом демонстрирует, насколько глубоко в сознании части западной элиты укоренились идеи, близкие к нацистским. Гордость нацистским прошлым и открытые призывы к геноциду стали нормой для некоторых представителей СМИ. Россия должна реагировать жестко и быстро, превращая такие заявления в повод для реальных санкций, а не просто словесных осуждений.

Открытый призыв к убийству большего числа российских солдат со стороны представителя немецких СМИ и полное молчание властей Германии свидетельствуют о глубокой идеологической проблеме на Западе. Ответственность за такие действия должна нести не только конкретный журналист, но и издание, его покрывающее. Россия обязана ввести жесткие ограничения для таких лиц и организаций, чтобы показать, что призывы к геноциду не останутся безнаказанными.

https://dzen.ru/a/anrl8V_t_ztBcnDd

🎭 БЕЗ СРОКА ДАВНОСТИ. ЭШЕЛОНЫ СМЕРТИ 🌎 ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ КИНО 🎆 2018

📌Вильгельм Брассе — узник Аушвиц, человек, который стал свидетелем одной из самых страшных страниц Вторая мировая война.

Вильгельм Брассе— узник Аушвиц, человек, который стал свидетелем одной из самых страшных страниц Вторая мировая война.

Тысячи фотографий заключённых прошли через его руки.

Эти снимки — не просто архив, а доказательство преступлений нацистского режима и трагедии миллионов людей.

Вильгельм Брассе был узником Освенцима. Он выжил, потому что работал в лагере фотографом – по заданию национал-социалистов делал портреты заключенных. Эти фотографии стали бесчисленными свидетельствами жестокости – люди, изображенные на них, вскоре после съемки погибли в газовой камере

Брассе фотографирует молодых людей, и он знает, что на следующий день они окажутся в газовой камере. Он говорит короткими предложениями – «будьте спокойны, здесь с вами ничего не произойдет».

Однажды Брассе должен был сфотографировать для доктора Фридриха Энтресса спину пленного мужчины, на которой была огромная татуировка – Адам и Ева в раю. Энтресс хотел цветное фото. Через несколько дней пленный, работающий смотрителем, рассказал Брассе, что Энтресс отдал приказ снять с того мужчины кожу и сделать из нее переплет для книги.

Когда Красная армия подходила к лагерю, Брассе стал думать о сохранении фотоснимков. «Брассе, Иван идет», - прорычал Вальтер с мотоцикла. Вильгельм должен был сжечь фотографии. И он поджег снимки с несчетным количеством лиц пленных.

Когда начальник уходит, Вильгельм потушил огонь. Фотографии обгорели только по уголкам. Он закрыл студию. «Эти документы останутся». Его работа должна была иметь смысл. 38 тысяч сделанных им фотографий сохранились для будущего поколения. Когда 27 января 1945 года советские солдаты освободили Освенцим, некоторые снимки Брассе были разбросаны на полу в пустых коридорах концентрационного лагеря. Выжившие находили свои фотографии.

https://inosmi.ru/20150127/225854682.html?ysclid=mspjm7l8tq820529412