12.4М
Рубль летит в пропасть, а мы смотрим на табло: Почему за ширмой «успехов» прячется тихое предательство?
Экономист Михаил Делягин признался, что от происходящего хочется плакать. Пока чиновники рапортуют об импортозамещении, реальный сектор экономики пакует чемоданы и уезжает даже в Таджикистан.
27 августа стало для многих холодным душем. Рубль просел к основным валютам сразу на 1,5–2%. Казалось бы, цифры на табло обменников — это просто сухие данные Центробанка. Но когда ты видишь, как тают сбережения или дорожает бытовая техника, которую планировал купить детям к школе, внутри всё сжимается. Это не просто статистика. Это ощущение, что из-под ног уходит почва.
Официальная версия звучит привычно и успокаивающе: виновата нефть. Фьючерсы на Brent теряют почти процент, вот и наша валюта покатилась вниз. Логика железная, если смотреть на мир из окна кабинета с кондиционером. Аналитики разводят руками, называя происходящее реакцией на сырьевые котировки. Но те, кто каждый день ходит по земле, а не парит в облаках макроэкономики, чувствуют: дело не только в барреле.
«Никто не угадает»: Математика страха против логики цифр
Рыночные игроки сегодня похожи на людей, застывших перед миной замедленного действия. Они больше не верят в крепость рубля. И вопрос здесь вообще не в движении материальных активов. Директор центра экономических исследований МГУ Олег Буклемишев говорит прямо:
«Курс национальной валюты был переоценён... Рыночные игроки не верят, что рубль сохранит свою крепость в ближайшей перспективе: скорее всего, вопрос связан с рисками, а не с движением материальных активов или какими-то фундаментальными факторами».
Статистика скрыта. Понимание того, как идут расчеты по внешней торговле, остается абсолютно непрозрачным. В этой мутной воде Минфин решил подлить масла в огонь. С 7 августа по 4 сентября ежедневный объем покупок валюты и золота вырастет почти на 20% — до 6,5 миллиарда рублей против июльских 5,4 миллиарда.
Как метко заметил аналитик Игорь Расторгуев, пока страна балансирует на краю, финансовый блок правительства методично скупает доллары, создавая дополнительный спрос и топя собственную валюту еще глубже.
К этому добавляется паника простых граждан. Очереди у обменников — это уже не признак зажиточности, это рефлекс собаки Павлова: бьют колоколом новости о нефти — нужно спасать то, что осталось.
Но самое страшное во всем этом — реакция тех, кто должен строить прогнозы. На вопрос, до каких отметок может упасть национальная валюта, эксперты лишь пожимают плечами.
Статистика закрыта, правила игры непонятны. «Понимания, как идут расчёты по внешней торговле и как между Россией и другими странами перемещаются финансовые активы, остаётся очень непрозрачным», — уточнил директор центра экономических исследований МГУ Олег Буклемишев.
В переводе на человеческий язык это значит: никто ничего не контролирует, и куда вынесет эту лодку завтра утром, не знает даже лоцман.
Импортозамещение, которое привело в Таджикистан
На фоне этого финансового шторма слова депутата Госдумы Михаила Делягина звучат как приговор всей экономической политике последних лет. Он иронизирует над «высочайшими успехами», признавая свое бессилие сдерживать эмоции:
«Хочется развести руками и горько заплакать».
Делягин вскрывает абсурд ситуации. Мы живем в воюющей стране, которая, по словам властей, встала с колен. Но почему тогда Россия по-прежнему не может жить без импорта? Причем завозится огромное количество лишнего, того, что разрушает наше собственное производство.
«Создан такой режим, чтобы производить в России было нельзя или затруднительно, чтобы российское производство было неконкурентоспособным по сравнению с внешним», — жестко заявляет экономист.
Результат предсказуем и чудовищен. Предприниматели не хотят бороться с ветряными мельницами бюрократии и налогового пресса здесь. Они собирают станки и уезжают. Куда угодно, лишь бы не под властью нынешних управленцев.
«Огромное количество производителей выводит из России производство, там вплоть до Таджикистана – куда угодно, только бы не под властью всех этих замечательных Набиуллиных, Силуановых, Решетниковых и прочих», — констатирует Делягин.
Ирония судьбы достигает пика: человек производит товар в солнечном Таджикистане, платит рабочим копейки и везет продавать его в Россию.
Оплата может идти в рублях, сомах или тугриках, но вся эта цепочка все равно пересчитывается через доллар. И слабый рубль делает этот серый, убивающий нашу промышленность импорт невероятно выгодным.
Зачем открывать цех в Челябинске, платить белые зарплаты, воевать с пожарными и Роспотребнадзором, если можно заказать контейнер в Душанбе?
Сверхприбыли монополий и иллюзия стабильности
Многие боятся девальвации, ожидая резкого скачка цен на прилавках. Делягин охлаждает этот пыл. Скачка не будет. Не потому, что экономика здорова, а потому что цены в России давно определяются произволом.
«Они определяются произволом монополистов. И в цены "зашиты" сверхприбыли монополий, в том числе ожидания той самой девальвации», — объясняет он.
Бизнес-модель проста: закладывай риски падения курса в стоимость товара заранее. Пусть народ переплачивает уже сегодня, зато наши дивиденды останутся в безопасности при любом курсе.
При этом сам курс в 90 или даже 100 рублей за доллар не стал бы катастрофой.
«При минимально разумном государственном регулировании, даже при ₽90 за доллар, никаких проблем бы не было», — уверен депутат.
Но откуда взяться этому регулированию? Делягин называет вещи своими именами. Есть столкновение интересов. Тем, кто возит сюда дешевый импорт (от которого зависит полстраны), выгоден слабый рубль. Тем, кто хочет строить заводы здесь, нужна стабильность и доступный кредит. Государство же мечется между ними, делая вид, что управляет процессом.
Когда в соцсетях экономиста называют «предателем» за защиту слабого рубля, он отвечает хлестко, разрушая черно-белую картину мира:
«Люди, которые кричат в терминах "предательство", говоря о слабом рубле, они видят маленький кусочек экономического организма и категорически отказываются видеть его целиком. Это люди, которые добровольно отказываются от знания и превращают себя в безумных кликуш. Что бывает с кликушами, мы все знаем».
Дело не в патриотизме крикунов. Дело в том, что их боль используют, чтобы не решать реальные структурные проблемы.
Идеология деградации вместо развития
Самый тяжелый удар приходится по вере в будущее. Пользователи спрашивают Делягина: «К чему мы идём? Где направление развития?» Ответ лишает надежды. Направления развития нет. Есть направление деградации.
«Идеология есть, и для простоты она называется либеральной, потому что осуществляется в интересах финансовых спекуляций... Есть вполне внятная идеология разграбления страны и уничтожения её в интересах наших врагов. Это реализуется в качестве государственной политики».
Эти слова больно читать. Получается, пока одни гибнут на фронте, другие в тылу методично выкачивают ресурсы, прикрываясь правильными лозунгами.
Справедливости ради, Делягин отделяет зерна от плевел. Он признает, что премьер-министр Михаил Мишустин — патриот, который работает правильно.
«Другое дело, что он не может уволить ни одного министра в силу нашей системы. И он не может противостоять, скажем, Минфину, потому что Минфин обладает уникальным административным весом».
Система сильнее личностей. И пока эта система заточена на обслуживание интересов узкой группы лиц, связанных с финансовыми потоками, рубль продолжит искать дно, а предприниматели — билеты в один конец до Душанбе.
Тихое предательство действительно оказалось совсем не там, где его ждали миллионы. Оно не в громких заявлениях политиков. Оно — в этой молчаливой, системной сдаче реального сектора в угоду тем, кому проще перекупить чужое, чем создать свое.
Давайте обсудим. Согласны ли вы с тем, что текущая слабость рубля — это не случайность, а результат целенаправленной политики? Пишите свои мысли в комментариях, нам очень важно знать реальное настроение людей.
Кто, по-вашему, главный виновник ослабления рубля?
Проголосуйте, чтобы увидеть результаты
Друзья, перечитал текст еще раз и сам удивился, насколько горько он читается. Когда пишешь такое, абстракции вроде «макроэкономических показателей» слетают, остается только человеческая обида. Обида за мужиков, которые собирают станки и уезжают делать наши же товары в Таджикистан, потому что здесь им просто не дают дышать.
Я специально привел слова Делягина про кликуш. Мы часто срываемся на эмоции, кричим «предательство», тыкая пальцем в курс доллара. Но проблема глубже — это тихий саботаж развития ради удобства тех, кто привык перепродавать чужое. Нам всем сейчас тяжело смотреть на эти цифры, но закрывать глаза нельзя. Жду вас в комментариях: расскажите честно, как этот скачок курса ударил именно по вашему кошельку или бизнесу сегодня? Без лозунгов, просто факты из жизни.