Нашествие хищников: в регионах России гибнут люди, а власти готовят экстренные меры

В конце лета — начале сентября 2026 года сразу в нескольких регионах России резко участились случаи выхода бурых медведей к населённым пунктам. Причины — сезонная нажировка и рост популяции. В ряде субъектов вводили режим повышенной готовности, закрывали туристические маршруты и отстреливали опасных животных. Ситуация осложнилась трагедиями: в Бурятии и Иркутской области зафиксированы случаи гибели и ранения людей после нападения хищников. В ответ на происходящее Минприроды России начало собирать предложения от регионов по корректировке законодательства о регулировании численности бурого медведя.
Инициатива Магаданской области
С инициативой пересмотреть правила регулирования численности медведей выступил губернатор Магаданской области Сергей Носов. В интервью «РИА Новости» он заявил, что действующее законодательство «давно устарело» и ставит под угрозу безопасность людей.
По действующим нормам, регулирование численности медведей разрешено лишь в исключительных случаях — при угрозе распространения болезней животных, нанесения ущерба здоровью граждан, объектам животного мира и экономике. Застрелить медведя, зашедшего в посёлок, просто так нельзя: это квалифицируется как браконьерство и грозит уголовной ответственностью.
Носов выступил за жёсткое регулирование, отметив, что медведь, заходящий в населённые пункты в поисках еды, передаёт эти навыки следующему поколению. Окрестности Магадана и колымских посёлков объявлены санитарной зоной, куда хищники не должны заходить, однако случаи их появления продолжаются. По данным учёта за 2025 год, численность бурых медведей в Магаданской области увеличилась примерно на тысячу особей.
Позиция Минприроды
Минприроды России собирает предложения от субъектов о дальнейшем совершенствовании законодательства. Совместно с регионами будет выработана консолидированная позиция по донастройке нормативно-правовой базы в этой сфере.
По данным ведомства, в России насчитывается 307,9 тысячи бурых медведей. С 1990 года популяция увеличилась в 2,3 раза — а по оценкам части экспертов, в четыре раза. Самые крупные группировки обитают в Иркутской области, Красноярском и Хабаровском краях, а также на Камчатке.
В министерстве считают, что ощущение «нашествия» во многом создаётся соцсетями: случаи выхода медведей к людям регистрируются всегда, в последние годы — порядка 20–30 нападений ежегодно. Аномальный всплеск был лишь в 2014 году (166 случаев). Однако при этом в ведомстве признают, что хищников привлекают свалки, мусорные контейнеры и пищевые отходы, из-за чего на свалках «вырастают целые поколения медведей».
Иркутская область: гибель и ранения
В Иркутской области ситуация остаётся напряжённой. 12 сентября в Киренском округе погиб 66-летний пенсионер из села Алымовка. Мужчина отправился в лес за грибами и не вернулся. Его тело обнаружили рядом с медведем — хищника застрелили.
13 сентября ещё один инцидент зарегистрирован в Нижнеудинском районе. Работник фермы в деревне Ук-Бадарановка попытался палкой отогнать хищника от погибшей свиньи. В результате мужчина получил раны ноги и плеча.
Сигналы о появлении медведей в лесах, у трасс и рядом с населёнными пунктами поступают из разных районов Приангарья постоянно. Полиция отрабатывает каждый случай совместно с местными администрациями: людей оповещают об опасности, привлекают охотников. Тем не менее некоторые жители, несмотря на предупреждения, продолжают выходить в лес — в том числе туда, где хищника уже замечали. Сообщить о появлении медведей можно в экстренные службы по телефону 112.
Бурятия: аномальная активность и человеческие жертвы
В Бурятии ситуация оценивается как аномальная. По данным Бурприроднадзора, за сезон 2026 года зарегистрировано 74 случая выхода медведей к людям против 47 годом ранее. Снижение урожая кедрового ореха и ягод стало одной из причин.
7 сентября в Закаменском районе 56-летний мужчина провожал жену на автобус, а затем свернул в лес проверить домашний скот. На него напал медведь. Жена позвала на помощь, сельчане с ружьями отогнали зверя, но травмы головы оказались слишком серьёзными — мужчина скончался в больнице. Напавший хищник — самец возрастом пять-семь лет — был ликвидирован.
Через несколько дней найдено тело 61-летнего туриста Виктора Ушакова, пропавшего 6 сентября на «Тропе испытаний» на полуострове Святой Нос. Он отправился в одиночный поход без средств связи и отпугивающих устройств, несмотря на то что маршрут был официально закрыт из-за выходов хищников. К поискам привлекли 33 человека, 11 единиц техники и вертолёт Ми-8.
За сутки в Бурятии ликвидировали трёх медведей. Усть-Баргузинскую среднюю школу перевели на дистанционное обучение. Власти республики ввели ограничения на проведение школьных и детских спортивных мероприятий в лесной зоне, жителям рекомендовано воздержаться от нахождения в тёмное время суток на территориях, прилегающих к лесам.
Ситуация в других регионах
Масштаб проблемы не ограничивается Сибирью и Дальним Востоком. По данным ТАСС, в 2026 году медведи выходили к населённым пунктам в 41 регионе России, включая все 11 регионов Дальнего Востока, 9 регионов Сибири, 8 — в Поволжье, 5 — в УрФО, а также в Ленинградской, Архангельской, Ярославской, Тверской, Смоленской областях, республиках Коми и Карелии.
Только в Красноярском крае за 9 и 10 сентября ликвидировали около 80 агрессивных медведей, а общее число отстрелянных особей в крае превысило 180 (из них 60 — в окрестностях столицы региона). В Республике Алтай — 55, в Хакасии — 52.
19 августа на Алтае медведь напал на палатку с туристами из Новосибирска и загрыз 29-летнюю девушку. В начале сентября в лесу Красноярского края обнаружены тела 73-летней и 67-летней женщин — их растерзал медведь.
Что дальше
Минприроды России совместно с субъектами готовит единую позицию по изменению нормативной базы. Регионы должны регулировать численность медведей, если животные начинают угрожать жизни и здоровью людей, считают в ведомстве. Вопрос в том, как именно скорректировать процедурные рамки, чтобы реакция на появление хищника в населённом пункте была оперативной и законной — а не превращалась в уголовное дело против того, кто пытался защитить людей.
Источник: https://nia.eco/2026/09/14/138314/

Жуть из Приморья: медведь ворвался в дачный дом и выгрыз внутренности 2-м мужчинам (87 летнего отца и 57 летнего сына)
Вы согласны на отстрел медведей зашедших в жилые посёлки ?
Проголосуйте, чтобы увидеть результаты
У нас в Тверском регионе тоже медведи ходят рядом с деревнями.
Спасибо, что написали. Тверская область — регион с серьёзной популяцией медведей, и сентябрь — как раз самый активный период: звери усиленно набирают жир перед спячкой и расширяют зону поиска корма.
Несколько практических советов:
Не оставляйте пищевые отходы в открытом доступе. Контейнерные площадки, компостные ямы, птичьи дворы — главный магнит для медведей. Если есть возможность, закройте отходы в бочки с плотными крышками.
Не подходите к медведю, если увидели его. Не фотографируйте вблизи, не пытайтесь прогнать. Отойдите спокойно, не поворачиваясь спиной.
Сообщите о появлении зверя. Позвоните в ЕДДС вашего района (112) или в региональное Министерство лесного хозяйства. Это важно: чем быстрее поступает сигнал, тем быстрее может сработать оперативная группа.
Если медведь заходит в деревню регулярно — это уже не случайность, а системная проблема, и её нужно решать на уровне муниципалитета: убирать привлекающие факторы, ставить ограждения, при необходимости — ставить вопрос о регулировании конкретной особи.
Природа тоже сходит с ума.
Знаете, я бы не сказал, что природа "сходит с ума". Скорее, мы всё чаще вторгаемся в её границы, а дикие животные вынуждены адаптироваться к нашим условиям.
Медведи выходят к людям не от злости, а от голода или из-за того, что их естественная среда обитания сокращается. Плюс, свалки пищевых отходов у поселков работают как магнит — это легкая добыча. Сейчас ситуация действительно тревожная, и она требует системного подхода: от контроля за мусором до работы охотоведов. Природа просто живет по своим законам, а нам пора вспомнить, как безопасно сосуществовать с ней рядом, а не игнорировать её присутствие.
А вам не кажется порой, что наше законодательство пишется какими-то оторванными от реальности романтиками, которые хищников видели только на картинках в детских книжках? Люди в регионах жёстко гибнут, а чинуши всё ещё думают, как бы не обидеть косолапых.
Осень 2026 года принесла жёсткие новости: медведи массово прут в посёлки в 41 регионе страны. В Бурятии и Иркутской области хищники загрызли грибников и туристов, а в Приморье зверь ворвался в дом и буквально растерзал отца с сыном. Популяция выросла в разы, но закон подлости в том, что ликвидировать зашедшего в жилую зону медведя просто так нельзя — это жёстко приравняют к браконьерству и заведут уголовное дело. Нужно сначала дождаться официальной бумажки сверху.
Полная деградация здравого смысла. Пока Минприроды лениво собирает предложения от губернаторов для «донастройки базы», школы в Бурятии переводят на дистанционку из-за угрозы нападений. Елена в комментариях бьёт точно в цель: пока это бюрократическое колесо со скрипом сдвинется, косолапые уже преспокойно залягут в спячку, а весной всё начнётся по новой. Очередной финиш, когда спасение утопающих — дело рук самих утопающих, а законы защищают агрессивных зверей, а не обычных граждан.
Это ужасно! Люди дороже зверей!
Вы правы, и для нас это не предмет для дискуссий: жизнь человека — абсолютный приоритет. Ни один природоохранный статус не стоит человеческой жизни. Когда медведь заходит в жилую зону и представляет угрозу — его ликвидация не просто допустима, она необходима. Цель — чётко и однозначно прописать: хищник в жилой зоне, представляющий угрозу, подлежит устранению без долгих согласований.
Я понимаю вашу злость — и она обоснована. Когда гибнут люди, а система реагирует медленно, любое промедление выглядит как преступная халатность. Поэтому начнём с главного и без виляния.
Миф о том, что убить зашедшего в посёлок медведя нельзя. На самом деле в законодательстве есть нормы, позволяющие уничтожить хищника, представляющего прямую угрозу жизни людей. Проблема не в том, что закон это запрещает, а в том, что на местах не всегда знают, как применять эти нормы на практике, и перестраховываются: ждут „бумажку сверху“, потому что боятся уголовного преследования. Это реальная проблема.
Что делается сейчас. В регионах с острой ситуацией уже работают оперативные группы. В случаях прямой угрозы жизни людей решение о ликвидации животного принимается в экстренном порядке, без долгих согласований. Специалисты Минприроды прямо сейчас помогают муниципалитетам быстро закрывать доступ медведей к отходам — это главный фактор их появления в посёлках.
Системные изменения. Да, Минприроды собирает предложения от губернаторов — но не для того, чтобы тянуть время, а чтобы изменить нормативную базу так, чтобы местные власти могли действовать быстро и без страха. Цель — чтобы губернатор или руководитель оперативной группы мог принимать решение по опасному хищнику в режиме реального времени, а не ждал разрешения из Москвы.
Отстрел отстрелом, но как-то надо по-другому с ними, может, кормовую базу, как лосям, создать! Нашествие таджиков больше горя приносят!
Идея с подкормкой — не такая уж наивная, как может показаться. В некоторых странах Восточной Европы, например в Словении и Румынии, практикуется создание искусственных кормовых точек для медведей, чтобы удержать их в лесу и не пускать к жилью. Подходит ли это нам — большой вопрос, и вот почему.
Лосю и медведю — разная подкормка. Лося подкармливают зимой: соль, веточный корм, это отработанная практика. Медведь же — всеядный, он не ждёт соль-лизунец, ему нужны калории: орехи, ягоды, рыба, падаль. Создать такую кормовую базу искусственно — это огромные деньги и логистика, и главное — нет гарантий, что зверь предпочтёт её человеческим отходам. Медведь, однажды попробовавший мусорную свалку у посёлка, вряд ли променяет её на кормушку в лесу.
Главная проблема — не голод как таковой, а доступность легкой еды рядом с людьми. Пока в посёлках есть открытые контейнеры, свалки, корм для скота — медведь пойдёт туда, где проще.
Что касается второй части вашего комментария — это тема совсем другого разговора, и к лесному хозяйству она отношения не имеет.
Надо платить охотникам
Вы предлагаете логичное решение, и отчасти оно уже работает: в ряде регионов есть регламент регулирования численности медведей, и лицензии на добычу выдаются. Но есть несколько нюансов, из‑за которых просто „платить охотникам“ — не панацея.
Первое. Охотник в лесу и оперативная группа в посёлке — это разные задачи. Медведь, который уже ходит по дворам, — это не объект охоты, а объект ликвидации. Им должны заниматься специально подготовленные люди: они действуют быстро, в жилой зоне, с учётом безопасности окружающих. Обычный охотник с ружьём в деревне — это лишний риск.
Второе. Оплата — да, вопрос мотивации реальный. Во многих регионах суммы вознаграждения за ликвидацию проблемного зверя либо смехотворны, либо не предусмотрены вообще. Если мы хотим, чтобы люди готовы были оперативно выезжать — это нужно нормально финансировать.
Третье. Просто отстрел не решит причину. Пока рядом с посёлком есть открытая свалка или доступные контейнеры — на место одного убитого медведя придёт другой. Отстрел работает только вместе с устранением факторов привлечения.
Так что идея правильная по сути, но нужна система: обученные оперативные группы, адекватное финансирование и параллельная работа с причинами выхода зверей к жилью.
Любое животное , отведавшее крови ,становится кровожадным..Только отстрел..
Понимаю, откуда берётся это мнение, однако скажу прямо: "отведал крови — стал кровожадным" — это миф. Медведь не становится людоедом после первого нападения. Большинство случаев — это не хищник, который открыл для себя людей как добычу, а зверь, который оказался в нестандартной ситуации: испугался, защищался, был голоден и дезориентирован. Чаще всего медведь нападает не потому, что хочет есть человека, а потому, что воспринимает его как угрозу.
Но это не значит, что такого зверя нужно оставлять в живых. Если медведь зашёл в жилую зону, проявил агрессию и напал на человека — его необходимо ликвидировать. Не "отловить и переселить", не "понаблюдать", а устранить. Не потому, что он "кровожадный", а потому, что он уже доказал: представляет прямую угрозу людям и будет заходить в посёлки снова.
Так что с вашим выводом я согласен — отстрел. Только аргумент не в том, что зверь "попробовал крови", а в том, что проблемного хищника, представляющего угрозу, нужно убирать. Без долгих согласований.