Евангелие бабулечки Феклы
В детстве я думал, что вера — это такая очередь в храме за куличом. Толкучка, запах ладана, мамки цыкают «не вертись», и бабка в платочке обязательно ткнет тебя локтем в бок, чтобы ты уступил ей место к святой воде. Настоящая, думал я, вера живет за пазухой — пока бежишь с мальчишками к реке, и крестик на веревочке хлопает по голой груди.
Моя бабушка Фекла говорила мало. Безвылазно сидела в своей кухоньке, похожей на пещеру отшельницы, и перебирала гречку от черных крупинок. Руки у бабушки были узловатые, как коряги. И всегда теплые. Даже зимой.
Соседки звали ее «блаженной», но не обидно, а с уважением. Потому что знали: если у кого заболел ребенок — не к врачу, а к бабе Фекле на второй этаж. Она выйдет в халате, посмотрит не на градусник, а в самую макушку малыша, скажет:
— Переела конфет с горя. Молоко с медом — и спи.
И проходит.
Мне было одиннадцать, когда я украл. Мы тогда жили бедновато, но мама так умела крутиться, что я не замечал нищеты. А тут соседский пацан принес в школу китайскую игрушку с дисплеем. И я вдруг понял, что мне жизненно необходимо нажать на эти кнопки. Не просто хочется — именно жизненно. Как будто без этой игрушки я засохну, как прошлогодний лист. Вечером я вытащил из маминого кошелька, который она прятала в вазу с сахаром, две мятые тысячные бумажки.
Увидев у меня в руках новую игрушку, мама не стала кричать. Она заплакала молча, уткнувшись в кухонный клеенчатый стол, и клеенка прилипла к ее щеке.
Я врун не последний и бойко заявил, что нашел деньги на остановке, мол, повезло. Мама поверила. Она всегда верила, потому что любовь делает человека глупым.
А бабушка Фекла не поверила. Она дождалась, когда мама уснула, позвала меня в свою комнату, пахнущую сушеными яблоками и свечами. Свет не горел, только лампадка теплилась перед темной иконой. Я видел лик Богородицы смутно, он будто плыл в масляном круге.
— Деньги верни, — сказала бабушка.
— Я не брал, — ляпнул я.
— Тогда пойдем к иконе. Повтори, — сказала она.
И взяла меня за руку своей горячей корягой.
И тут случилось то, от чего у меня до сих пор мурашки по позвоночнику бегают. Бабушка не читала нотаций, не говорила про десять заповедей. Она нагнулась к моему уху и прошептала:
— Внучек, ты не у мамы украл. Ты у самого себя украл. Внутри тебя есть местечко, где Бог живет, — маленькая такая светелка, чистая. Ты сейчас туда не бумажку чужую сунул, а шулера позвал. И свет погас. Без света-то в душе жилобойка будет.
— Какая жилобойка? — испугался я.
— А такая: проснешься утром, а сердце выключено. Всё есть — игрушка новая, друзья, — а жить не хочется. Потому что врать и красть — это воздух перекрывать самому себе.
Ночью я не спал. Вертел в голове бабушкины слова, как гайку. И наутро пошел к маме. Сказал правду. Достал игрушку, которую не успел спрятать. И разрыдался так, как не плакал никогда. От облегчения. Оттого, что мама меня не убила, а обняла. И оттого, что в груди на месте прежней тоски вдруг что-то затеплилось. Не погас, значит, тот свет.
Сейчас я сам отец. И у меня есть бабушкино Евангелие — ее метод. Когда моя дочка врет, пряча глаза, я не кричу: «Не лги, это грех». Я сажусь рядом и говорю:
— Маш, ты сейчас себе воздух перекрываешь. Дышать тяжело станет.
Она сначала хихикает. А потом плачет. И признается. И мы дышим вместе. Полной грудью.
Жилобойки бывают разными. Но самую лютую жилобойку мы строим сами из мелкого обмана. А ключик от нее простой — выдохнуть и сказать:
— Прости.
И услышать в ответ то, что услышал когда-то я сквозь слезы и клеенку:
— Сынок, ну слава Богу, что ты вернулся. Не деньги — себя вернул.
И знаете, теперь я даже полюбил эти очереди в храм. Потому что в каждой бабке с локтем я узнаю свою бабушку Феклу. И сам норовлю чуть придержать дверь.
https://dzen.ru/a/apqHbSYYiABuK4xS
Благодарю за публикацию, видео не показывает.
Однажды в университете профессор задал студенту вопрос.
Профессор: Бог хороший?
Студент: Да.
Профессор: А Дьявол хороший?
...
Студент: Нет.
Профессор: Верно. Скажи мне, сынок, существует ли на Земле зло?
Студент: Да.
Профессор: Зло повсюду, не так ли? И Бог создал все, верно?
Студент: Да.
Профессор: Так кто создал зло?
Студент: ...
Профессор: На планете есть уродство, наглость, болезни, невежество?
Все это есть, верно?
Студент: Да, сэр.
Профессор: Так кто их создал?
Студент: ...
Профессор: Наука утверждает, что у человека есть 5 чувств, чтобы
исследовать мир вокруг. Скажи мне, сынок, ты когда-нибудь видел Бога?
Студент: Нет, сэр.
Профессор: Скажи нам, ты слышал Бога?
Студент: Нет, сэр.
Профессор: Ты когда-нибудь ощущал Бога? Пробовал его на вкус? Нюхал его?
Студент: Боюсь, что нет, сэр.
Профессор: И ты до сих пор в него веришь?
Студент: Да.
Профессор: Исходя из полученных выводов, наука может утверждать, что
Бога нет. Ты можешь что-то противопоставить этому?
Студент: Нет, профессор. У меня есть только вера.
Профессор: Вот именно. Вера - это главная проблема науки.
Студент: Профессор, холод существует?
Профессор: Что за вопрос? Конечно, существует. Тебе никогда не было холодно?
(Студенты засмеялись над вопросом молодого человека)
Студент: На самом деле, сэр, холода не существует. В соответствии с
законами физики, то, что мы считаем холодом в действительности
является отсутствием тепла. Человек или предмет можно изучить на
предмет того, имеет ли он или передает энергию. Абсолютный ноль (-460
градусов по Фаренгейту) есть полное отсутствие тепла. Вся материя
становится инертной и неспособной реагировать при этой температуре.
Холода не существует. Мы создали это слово для описания того, что мы
чувствуем при отсутствии тепла.
(В аудитории повисла тишина)
Студент: Профессор, темнота существует?
Профессор: Конечно, существует. Что такое ночь, если не темнота:
Студент: Вы опять неправы, сэр. Темноты также не существует. Темнота в
действительности есть отсутствие света. Мы можем изучить свет, но не
темноту. Мы можем использовать призму Ньютона, чтобы разложить белый
свет на множество цветов и изучить различные длины волн каждого цвета.
Вы не можете измерить темноту. Простой луч света может ворваться в мир
темноты и осветить его. Как вы можете узнать насколько темным является
какое-либо пространство? Вы измеряете, какое количество света
представлено. Не так ли? Темнота это понятие, которое человек
использует, чтобы описать, что происходит при отсутствии света. А
теперь скажите, сэр, смерть существует?
Профессор: Конечно. Есть жизнь, и есть смерть - обратная ее сторона.
Студент: Вы снова неправы, профессор. Смерть - это не обратная сторона
жизни, это ее отсутствие. В вашей научной теории появилась серьезная
трещина.
Профессор: К чему вы ведете, молодой человек?
Студент: Профессор, вы учите студентов тому, что все мы произошли от
обезьян. Вы наблюдали эволюцию собственными глазами?
Профессор покачал головой с улыбкой, понимая, к чему идет разговор.
Студент: Никто не видел этого процесса, а значит вы в большей степени
священник, а не ученый.
(Аудитория взорвалась от смеха)
Студент: А теперь скажите, есть кто-нибудь в этом классе, кто видел
мозг профессора? Слышал его, нюхал его, прикасался к нему?
(Студенты продолжали смеяться)
Студент: Видимо, никто. Тогда, опираясь на научные факты, можно
сделать вывод, что у профессора нет мозга. При всем уважении к вам,
профессор, как мы можем доверять сказанному вами на лекциях?
(В аудитории повисла тишина)
Профессор: Думаю, вам просто стоит мне поверить.
Студент: Вот именно! Между Богом и человеком есть одна связь - это ВЕРА!
Профессор сел.
Этого студента звали Альберт Эйнштейн.
Доброго вечера Иван Александрович. Спасибо !!!
Ролик не открылся.