В России хотят запретить продажу микронаушников на маркетплейсах...
Старая присказка про «проснулся — ничего не болит — значит умер» давно устарела. Актуальная версия звучит иначе: «Если ты читаешь новости и не встретил ни одного запрета — значит, тебе подсунули газету времён СССР». И вот очередное доказательство: Рособрнадзор взялся за микронаушники. Глава ведомства Анзор Музаев сообщил, что вместе с Минцифры «отрабатывается» запрет на их продажу на маркетплейсах. Отрабатывается — слово-то какое родное, советская канцелярия аж из ящика выпрыгивает.
"С Министерством цифрового развития мы отрабатываем, чтобы, по аналогии с рядом устройств, был запрет на продажу у маркетплейсов, вообще на продажу таких устройств", — сказал глава ведомства Анзор Музаев на заседании Общественного совета.
Логика шикарная. Микронаушник, оказывается, — «шпионское оборудование», не приносящее пользы ни в одной законной сфере. Единственные, кому он, по мысли чиновника, положен, — артисты и ведущие на сцене. То есть человек с суфлёром — государственный деятель культуры, а студент с таким же гаджетом — враг народа. Пограничный контроль между сценой и аудиторий пройден успешно.
Сама идея запрета... Чувствуете дежавю? Запрещали карманные шпаргалки — списывали. Запрещали телефоны на экзаменах — списывали. Теперь планируется добить микронаушники, как будто законопослушный студент, узнав о запрете, ахнет и с несомненно потрясёт пацанскую братию: «Ребят, отбой, Рособрнадзор велел». Рынок с маркетплейсов уйдёт на авито, в Telegram и в подъезд к знакомому «Сереге с наушником по цене проездного». А реклама, которая, по словам Музаева, «приманка для выпускников», продолжит мигать в рекомендациях алгоритмов — тех самых, которые, видимо, тоже кто-то запретить забыли.
При этом у ведомства есть и более масштабный проект: специальные комнаты в вузах, куда «не проникает никакая связь». Прозвучало это на заседании Общественного совета — без иронии. То есть будущее российской высшей школы — бетонные экстерриториальные бункеры, в которых выпускник, как в магическом куполе, отрезан от Wi-Fi, Bluetooth и прочих бесов. Вопрос только один: почему если из студента нужно сделать заключённого в экранированной камере, чтобы он «сам сдал экзамен», может, проблема всё-таки не в наушнике, а в том, что экзамен по смыслу превратился в ритуал угадывания? Но нет, вспоминать про качество образования — это уже экзистенциальная смелость.
Цифры, к слову, впечатляют: из почти тысячи удалённых с ЕГЭ без права пересдачи большинство пользовались средствами связи и шпаргалками. Почти тысяча! И это после всех запретов, камер, металлодетекторов и рамок. Классическая бюрократическая петля: метод не работает — значит, нужно строже запрещать. Работает? Незачем проверять.
Запрет как жанр у нас вечен, потому что он удобен: не надо чинить систему — надо запретить её зеркало. Списывали во времена заскорузлых шпаргалок, будут списывать и в эпоху нейросетей, потому что человеческая изобретательность всегда обгонит запретительную мысль на пару корпораций вперёд. А микронаушник станет очередным героем анекдотов — рядом с шапкой-невидимкой и сапогами-скороходами. Похоже, сказку про запреты мы переписываем с той лишь разницей, что главный герой теперь обязан сдавать ЕГЭ.
PS. Если уж так запрещалка чешется... Запретите самокатчиков на тротуаре! Народ гибнет. Народ просит. Нижайше...
Автор - Вячеслав Юркин(с)
