ФНС едва не обанкротила торговую сеть «Светофор» из-за возможных ошибок ИИ

«Светофор» заявил о 396 ошибках в налоговой проверке на 147 млн рублей. Юристы подозревают ИИ.
Сразу оговоримся: эта гипотеза принадлежит юристам компании, а позиция ФНС в публичном поле так и не прозвучала. Разберём, что в этой истории — факт, а что — версия.
Что известно как факт
В сентябре 2026 года УФНС по Тульской области провело проверку ООО «Торгсервис 71» — компании, управляющей магазинами «Светофор» в регионе. По итогам предприятию насчитали 147 млн рублей налоговой недоимки; по утверждению представителей сети, эта сумма поставила компанию на грань банкротства.
При детальном изучении акта юристы насчитали около 396 несоответствий — не формальных придирок, а фактических ошибок, ставящих под сомнение логику самих претензий. Приведём три эпизода, о которых сообщают «Осторожно, новости»:
- Договор, «признанный фиктивным» из-за СВО. Проверяющие, по утверждению компании, усомнились в договоре поставки овощей и фруктов, подписанном в августе 2021 года. Ведомство заявило, что директор компании, с которым сотрудничал «Светофор», ещё в январе 2021 года ушёл добровольцем на СВО, поэтому подписать договор не мог. Проблема лишь в том, что СВО началась только 24 февраля 2022 года — претензия опережает собственное основание почти на год.
- Поставки попали под сомнение из-за дат. В начале 2026 года контрагент ООО «Альянс-МФ» доставлял овощи и фрукты в магазины сети, однако в актах указывались периоды поставок (январь - март), а не конкретные даты. Именно это, по мнению представителей «Светофора», стало основанием для вывода, что продукция фактически не поставлялась.
- 689 килограммов «исчезнувших» огурцов. В акте указана недостача 689 кг, тогда как по накладным разница между заказанным и полученным товаром составляла всего 11 кг — расхождение в оценках более чем в 62 раза!
Версия об ИИ
Юрист Дарья Михайлова, руководительница компании DMPRAVO, предполагает, что подобные несоответствия свидетельствуют о машинной обработке документов без полноценной содержательной проверки человеком: «Текст объёмный, формулировки уверенные, ссылки на законодательство есть. Но начинаешь разбирать конкретную поставку, и логика
Косвенно настораживает и скорость разбирательства. Представители «Светофора» утверждают, что направили возражения на 174 листах с документальными доказательствами — и рассмотрение состоялось уже на следующий день. Насколько полно были изучены представленные материалы, из доступной информации установить невозможно. Михайлова утверждает, что руководство УФНС дважды отказалось отвечать на вопрос, читало ли оно акт проверки. Чем закончился спор, в открытых публикациях не уточняется.
Важные оговорки
Здесь стоит быть аккуратными — и есть разбор, который это делает. Автор канала NEUR0 проверил фактуру и пришёл к выводам:
- В публикациях нет номера акта, названия инспекции и позиции ФНС; статус спора неизвестен.
- Версия про нейросеть — догадка юристов, не доказанный факт. Сходство ошибок с типичными «галлюцинациями» языковых моделей правдоподобно, но остаётся предположением.
- Зато существуют судебные дела, где применение ИИ налоговой обсуждали судьи. В деле № А41-68138/2026 (спор с АО «АСТРА ЛЭНД») в решении упомянута нейросеть DeepSeek, которой анализировали отчётность иностранной компании; компанию, впрочем, это не спасло. В деле № А12-8377/2025 Двенадцатый арбитражный апелляционный суд прямо указал: использование ИИ не создаёт презумпции правильности начислений — но и здесь налогоплательщик проиграл. Вывод автора разбора жёсткий: суды смотрят на арифметику расчётов, а не на то, каким инструментом они получены. Ссылка на нейросеть в суде ничего не весит — ни в пользу налоговой, ни в пользу бизнеса.
- Примечательно и то, что курс на внедрение ИИ в ФНС официально объявлен: в июне глава службы Даниил Егоров подтверждал, что «мы используем его очень разрозненно, очень фрагментировано, чтобы посмотреть, как он работает».
Что на кону
Экономическая цена подобного спора огромна. Претензии на 147 млн рублей способны создать серьёзную нагрузку на оборотные средства торгового предприятия: под угрозой могут оказаться расчёты с поставщиками, закупки продукции и финансовая устойчивость бизнеса в целом.
Главный вопрос этой истории — не исход конкретной проверки, а надёжность выводов, сформированных при обработке огромных массивов документов. Автоматизация действительно позволяет быстрее выявлять расхождения, и сама по себе она не является злом. Но предположение алгоритма — в какую бы сторону оно ни сработало — не должно подменять доказательства реального нарушения. Как предостерегают юристы, автоматизированная обработка документов не может полностью заменить работу инспектора.
Показательный прецедент
147 миллионов рублей — слишком высокая цена для ошибки в одной строке документа. А если заявленные почти 400 несоответствий подтвердятся, история «Светофора» может стать показательным примером того, почему результаты любой автоматизированной проверки требуют тщательной проверки человеком. Пока же единственное, что можно утверждать твёрдо: вопрос о том, кто и как готовил этот акт, остаётся открытым — и обязанность ответить на него лежит не на нейросети.
Да с такими продолжительными отсутствиями света и интернета, забанкротится вся Россия