Мистические предания Барнаула, вызывающие страх

Душа любого города — это его истории: мифы, легенды и знаковые места, которые передаются из поколения в поколение. Барнаул не исключение. Его улицы и здания хранят множество тайн. «Вечерний Барнаул» приглашает вас в путешествие по самым загадочным уголкам столицы Алтая.

История Барнаула началась благодаря двум движущим силам: реформам Петра I и энергии промышленника Акинфия Демидова, основателя города. В 1730-х годах на берегу реки Барнаулки он построил меде-сереброплавильный завод, который быстро стал флагманом российской промышленности.

Только представьте: в XVIII–XIX веках Алтай давал стране 90% всего серебра! Неудивительно, что скромный заводской посёлок всего за несколько десятилетий превратился в процветающий «горный город» — один из крупнейших в Сибири. Этот особый статус, который в России носили лишь Барнаул и Екатеринбург, означал, что жизнь здесь полностью вращалась вокруг добычи и плавки драгоценных металлов.

И сегодня Барнаул хранит это уникальное наследие. Это единственный город в России, где можно увидеть подлинные постройки эпохи зарождения великого горного производства.

Проклятый особняк

На улице Горького, в тени стадиона «Динамо», стоит старый двухэтажный дом из тёмно-красного кирпича. В его облике есть одна странная, тревожная деталь: балконная дверь второго этажа наглухо заложена кирпичом. Никто не помнит, когда это было сделано, но городская молва хранит имя этому дому — проклятый особняк.

Легенда, окутавшая его стены, восходит к дореволюционным временам, когда в этих стенах совершилось убийство. В 1929 году, во время строительных работ, в подвале рабочие наткнулись на жуткую находку: скелет мужчины с проломленным черепом и выбитыми передними зубами. Эта страшная находка пролила свет на историю двух братьев, живших здесь некогда в согласии, пока в их доме не появилась горничная-француженка.

Оба брата потеряли голову от её красоты. Ревность и соперничество отравили их души, превратив дом в арену бесконечных ссор. А затем один из братьев бесследно исчез. Газеты и полиция списывали всё на разгул банды Гришки Меченого, что терроризировала путешественников в те смутные годы. Но скелет, найденный в подвале, рассказал иную правду: в пылу очередной ссоры старший брат убил младшего и тайно закопал его тело под домом.

Вы спросите: а при чём тут заложенная кирпичом балконная дверь? А вот при чём. Убитый не нашёл покоя. Его призрак стал являться брату-убийце — именно на том балконе, под покровом ночи, с укором глядя на того, кто отнял у него жизнь. Не в силах выносить леденящее душу видение, напоминавшее о содеянном, владелец дома велел наглухо замуровать дверь.

Финал этой истории столь же мрачен, сколь и закономерен. Возлюбленная сбежала от братоубийцы, не желая делить участь с человеком, запятнавшим себя кровью. Он запил горькую, сгорая от тоски и вины, а окончил свои дни в больнице для умалишённых, где и умер в полном одиночестве. Так проклятие особняка сбылось, оставив лишь глухую кирпичную стену, за которой прячется грех.

Доходный дом купца Аверина

На улице Гоголя, среди привычной городской застройки, высится дом из красного кирпича — с причудливыми башенками, устремлёнными в небо, словно средневековый замок, затерянный во времени. Неофициально его величают первым небоскрёбом Барнаула — и в этом имени слышится и гордость, и ирония, и дыхание эпохи, когда город учился тянуться ввысь.

В 1915 году купец Николай Аверин получил от барнаульской управы дозволение возвести дом в самом сердце города. Имя зодчего, воплотившего этот замысел в камне, кануло в безвестность — лишь фасад хранит память о нём. Александр Долнаков в книге «Памятники архитектуры Барнаула», изданной в 1982 году, писал о нём так: «Типичный образец доходного дома начала двадцатого века, решён в приёмах эклектики. Главный фасад оформлен в "ренессансном" духе». И действительно, в этих стенах смешались стили и эпохи, как смешиваются судьбы в большом городе.

Когда строительство завершилось, пятиэтажный гигант гордо вознёсся над Барнаулом, став самым высоким зданием. И поныне внутри таится удивительный контраст: высота потолков здесь колеблется от полутора до пяти метров — от камерной тесноты до почти дворцовой торжественности.

Историки утверждают: до 1920 года первый этаж занимала компания «Зингер», а остальные покои сдавались внаём. Но именно с одним из арендаторов и связана тёмная легенда, что до сих пор витает в этих стенах. Говорят, в доме скрывался легальный публичный дом, а в одном из его номеров произошло ритуальное убийство двух «жриц любви». Женщин, по слухам, жестоко пытали, затем подвесили за ноги и перерезали горло. Убийца же оставил на стене жуткое послание: заклинание демона тьмы на древнеарамейском и перевёрнутую звезду, начертанные кровью. Бульварная пресса тех лет окрестила злодея «барнаульским Джеком-Потрошителем». Палача так и не нашли, но все подозрения легли на местного адвоката — его прозвали «адвокатом дьявола». А жильцы, населявшие «небоскрёб» в 70-х и 80-х годах, рассказывали, что видели окровавленных девиц прямо в своих комнатах — словно призраки той давней ночи так и не обрели покоя.

Ныне же по фасаду дома прогуливаются вполне благопристойные барышни — изящный рисунок благородных дам, появившийся в 80-х годах XX века, словно усмешка над мрачным прошлым. Красный кирпич, остроконечные башенки, тени былых страстей — и тихие шаги современности.

Горная аптека

Горная аптека — бесценный памятник истории и зодчества XVIII века, первое кирпичное строение Барнаула, вознёсшееся над землёй ещё в те времена, когда гремели горнорудные заводы Акинфия Демидова. Ныне в отреставрированных стенах старейшей аптеки Алтая распахнул двери туристический центр «Горная аптека» — причудливое переплетение музея аптечного дела, ресторации сибирской кухни минувшего столетия и лавки натуральных даров для здоровья и красоты.

С этим домом неразрывно связана легенда, окутанная дымкой веков. Говорят, в XVIII веке в Барнауле жил аптекарь Христиан Миллер — человек, познавший позднее счастье супружества и слишком рано потерявший любимую жену. Осталась при нём юная дочь — красавица, отрада его седин. Молва твердила, будто безутешный вдовец, терзаемый горем, затворился в своей лаборатории, чтобы создать эликсир жизни, — он вознамерился победить саму смерть. И, как шептались в городе, ему это удалось.

Тайна Миллера достигла ушей управляющего сереброплавильными заводами. Его жена, властная и алчная, потребовала добыть чудодейственный эликсир любой ценой. Тогда генерал-губернатор пригрозил аптекарю: если тот не приготовит снадобье, его и дочь сошлют на каторгу как колдунов и чернокнижников. Миллер смирился и пообещал справиться за три ночи. Он ушёл в подземную лабораторию, а у дверей аптеки встали два солдата с ружьями.

Минули три дня. К аптеке подъехали генерал-управляющий с супругой. Солдаты доложили: Миллер из подземелья так и не выходил. Когда все вошли внутрь — там было пусто. В подвале зиял вход в подземный ход, пробитый ещё демидовскими рабочими. И пошла молва, что Христиан Миллер с дочерью и впрямь обрели бессмертие.

В 1970-х годах сотрудники советской лаборатории, размещавшейся в здании аптеки, рассказывали: по вечерам из подвала доносился ровный, методичный стук. А когда на улицах зажигались фонари, прохожие будто бы видели, как Миллер с дочерью неторопливо прогуливаются вдоль Горной аптеки. И вот при недавней реконструкции здания строители обнаружили тот самый загадочный вход в подземелье. А там — множество бутылей и ампул с неизвестной жидкостью. Ныне эти диковинные предметы выставлены в музейной экспозиции туристического центра «Горная аптека», хранящего свою вековую тайну.

Здание бывшего Барнаульского духовного училища

Барнаульское духовное училище — живой свидетель эпох, памятник краевого значения, хранящий в своих стенах дыхание минувших столетий. Оно распахнуло двери 16 июля 1869 года, явив миру творение, возведённое по заказу Томской духовной консистории по проекту зодчего Николая Шульдаля.

Двухэтажный каменный особняк гордо вознёсся на главной артерии города — Московском проспекте, став его архитектурной жемчужиной. В декоре фасадов искусно переплелись мотивы древнерусского культового зодчества XVIII века и изысканные ноты псевдобарокко: изящные лучки пилястр, спаренные оконные проёмы, объединённые антаблементом на консолях, увенчанные разорванными лучковыми фронтонами. Горизонтальные членения мощной тягой и вертикальные — двумя ярусами пилястр — придают зданию величавую стройность и монументальную гармонию.

Без малого полвека училище неустанно ковало духовные кадры, наполняя приходы Барнаульского уезда и дальних пределов Томской губернии священниками, псаломщиками и дьяконами — светочами веры и просвещения. Но грянули смутные времена: с приходом новой власти двери духовных учреждений одна за другой захлопывались. Мрачные подземелья этого дома стали немыми свидетелями трагедий — там томились неугодные режиму узники в ожидании приговора. Говорят, до сих пор по ночам в этих сводах бродят неприкаянные тени, а холодный воздух леденит душу — и потому здание окутано ореолом мистических легенд о привидениях.

Когда же смолкли громы красного террора, стены обрели новое предназначение: здесь разместился кожевенный техникум, затем школа № 1 имени Третьего Интернационала, позже — Городской дворец молодёжи. В грозные годы Великой Отечественной войны под этими сводами нашли приют раненые бойцы — госпиталь, а после — административные учреждения Барнаула. И лишь в 2014 году здание, словно блудный сын, возвратилось в лоно родной барнаульской епархии, вновь обретя своё истинное предназначение.

Памятник Ползунову

Иван Иванович Ползунов — имя, озарившее русскую техническую мысль XVIII века немеркнущим светом гения. Его судьба навеки вплетена в историю Барнаула, ставшего колыбелью его дерзновенных замыслов. Всему миру известно его величайшее творение — первый в истории человечества двухцилиндровый паровой двигатель, та самая «огненная машина», что бросила вызов веку пара ещё до его торжества. Но не единым чудом техники жил Ползунов: его неутомимый ум рождал бесчисленные изобретения, призванные облегчить тяжкий труд заводских мастеровых и рудокопов. О легендарном «механикусе» в городе слагали предания, и чудодейственная сила его имени не угасла и поныне.

На проспекте Ленина, у стен Алтайского государственного технического университета, высится памятник Ползунову — безмолвный страж студенческих надежд. Для алтайских студентов он стал особым талисманом удачи: говорят, если в день экзамена потереть правый ботинок бронзового изобретателя — пятёрка обеспечена. Вот только везёт, по слухам, лишь тем, кто не чужд трудолюбия и прилежания. Не жалует творец «огненной машины» ленивцев и бездельников!

Дом начальника Колывано-Воскресенского горного округа

Бывшее здание мэрии, а ныне резиденция барнаульской городской Думы на проспекте Ленина, 18, окутано дыханием самой романтической легенды города — истории о Голубой даме. Барнаул минувшего XIX столетия блистал не только несметными богатствами чиновников и горных офицеров, но и изысканным гостеприимством. В знатных домах царила по-европейски утончённая атмосфера: столы ломились от изящных яств, в гостиных велись неторопливые беседы о музыке и книгах, а стены украшали коллекции живописи и драгоценный фарфор. О былом великолепии тех вечеров повествует художественное полотно Алексея Дрилёва «Бал горных офицеров», хранящееся в ГМИЛИКА.

Дом начальника округа гремел на весь город своими балами. На одном из танцевальных раутов, устроенном в честь награждения главного командира орденом Святой Анны, разразилась трагедия. Прелестная юная жена старого генерала, не совладав с порывом сердца, открыла свои чувства молодому петербургскому чиновнику. Едва отгремел последний аккорд вальса, как разгневанный супруг в исступлении увлёк красавицу в голубом бальном платье в подвальную комнату и повелел замуровать её в стену.

Говорят, печальный дух той женщины до сих пор витает в подвалах дома, тревожа тишину веков. В память о той драме родилась щемяще-прекрасная традиция: с первыми лучами рассвета приносить на крыльцо особняка цветы — как символ преклонения перед Красотой и Любовью. История Голубой дамы стала жемчужиной городских преданий, которую бережно лелеют и писатели, и художники. В сентябре в галерее «Турина гора» барнаульские мастера кисти представили собственные прочтения этой легенды, подарив ей новую жизнь в красках и образах.

Демидовский столп

Обелиск, вознесённый в честь столетия горного дела на Алтае, встал в самом сердце Предзаводской площади в сороковые годы XIX века — и современники не случайно нарекли его первым памятником Акинфию Демидову. Замысел монумента принадлежал Петру Фролову. Ещё с 1811 года, служа в Петербурге начальником чертёжной экспедиции горных и соляных дел, он наверняка не раз замирал перед строгим обелиском В. Ф. Бренна на Царицыном лугу и впитывал благородную ясность иных творений той эпохи. «Однако в отличие от многих обелисков своего времени, — замечает история, — пьедестал фроловского творения лишён карниза, чужд вычурных украшений, а сам столп суров, прост и изящен». Так стела на Демидовской площади стала не просто камнем, а живым символом горно-металлургической славы Алтая и величавой памяти Барнаула.

Знаменитый ботаник XIX века, профессор Дерптского университета Карл Фридрих Ледебур, оказавшись в этих краях, оставил строки, полные тихого восхищения: «Город застроен планово, имеет приятный изящный вид. Мостовых в городе нет, но нынешний начальник начал производить мощение шоссе шлаком…» В ту пору выплавка серебра ещё не знала совершенства, и потому в шлаке, укрывшем исторический центр, щедро оставались крупицы драгоценного металла. С той поры барнаульцы, сами того не ведая, ступали по мостовым, усыпанным серебром! А серебро, как известно, хранит в себе чудодейственную силу: оно бережёт здоровье, питает молодость и бодрость духа. Говорят, что гости и жители Барнаула, гуляя по старинным улочкам, незримо впитывают энергию этого дивного металла. Оттого и прогулка по Демидовской площади, где высится обелиск в честь столетия горного дела, становится истинным благом!

А ещё живёт в народе примета: обойди Демидовский столп трижды, оставляя у его подножия по монете, — и станешь человеком богатым. Только помни: каждый разумеет богатство по-своему!