Советский «остров Эпштейна» для номенклатуры

Письмо обычной матери вскрыло элитный бордель
В середине 1950-х в Москве прогремело закрытое дело, которое смело можно назвать советским аналогом скандала Джеффри Эпштейна. В прессу оно, разумеется, не попало, а в архивах и городских легендах осталось под циничным названием «дело гладиаторов».
Всё началось в 1955 году, когда на имя Никиты Хрущёва пришло отчаянное письмо от москвички:
её несовершеннолетняя дочь-школьница попала в дурную компанию, ночует на загородных дачах с высокопоставленными чиновниками и возвращается оттуда с крупными деньгами и дефицитными подарками.
Хрущёв, искавший повод для чистки аппарата, поручил дело лично генпрокурору Роману Руденко.
Следствие вышло на подмосковную дачу в Валентиновке, принадлежавшую Константину Кривошеину — директору автобазы Совета министров СССР. Там был организован настоящий притон для партийной верхушки, генералитета и деятелей искусства. Специальные «сводницы» заманивали туда старшеклассниц и студенток обещаниями помочь с поступлением в вузы и «билетом в высший свет».
На допросах именитые гости пошли в полный отказ. А главный мем процесса выдал один из пожилых заслуженных деятелей: на вопрос следователя, что он делал в закрытой комнате с пятнадцатилетней школьницей, тот с невинным видом развёл руками и заявил: «Я-то что, я просто гладил».
В 1956 году состоялся закрытый суд. Организаторов во главе с Кривошеиным отправили за решётку за сводничество и развращение несовершеннолетних. А вот большинству высокопоставленных «гладиаторов» удалось отделаться лёгким испугом: кого-то по-тихому отправили на персональную пенсию, кого-то исключили из партии и сослали на должности поскромнее. Скандал замяли, но в кулуарах ЦК ещё долго шептались о любителях «просто погладить».
Источник