Анатолий
Анатолий Подписчиков: 2122
Рейтинг Рейтинг Рейтинг Рейтинг Рейтинг 4М

Ренессанс анорексии. Как «идеальный вес» в 40 кг победил бодипозитив

0 комментариев

На смену бодипозитиву приходит новая мода на экстремальную худобу: в 2026 году соцсети обсуждают резко похудевших знаменитостей, а фотографии звезд до и после снижения веса собирают миллионы просмотров. Вместе с тем все чаще в интернете звучат опасения, что на фоне сегодняшней ситуации даже «героиновый шик» 1990-х годов, когда худой девушка считалась, только если весит не более 50 кг, выглядит более здоровым. В день борьбы с анорексией «Газета.Ru» выяснила, почему худоба снова стала символом успеха, как она связана с «культурой нытья» и сколько людей страдают от расстройств пищевого поведения (РПП) в России.

Ренессанс анорексии

Идеал женской фигуры менялся постоянно: если в 1990-е и начале 2000-х популярность приобрел так называемый героиновый шик (образ подчеркнуто худой, почти изможденной девушки), то в 2010-е годы на смену этому стандарту пришел бодипозитив: в мире моды стали популярны модели plus-size, а погоня за идеальным весом прекратилась, ведь любое тело стало принято считать красивым.

Однако в середине 2020-х ситуация вновь начала меняться. В социальных сетях стали вирусными фотографии знаменитостей, заметно похудевших за короткое время. В октябре этого года The Guardian обратила внимание на возвращение худобы в массовую культуру и сокращение разнообразия тел на подиумах. По данным издания, 97% моделей на рассмотренных им недавних показах соответствовали 42-му российскому размеру и меньше.

«Причем мы наблюдаем исторический разворот парадигмы.

Если в аграрных и ранних индустриальных обществах полнота была маркером достатка и здоровья («кровь с молоком»), то сегодня статусным знаком стала именно чрезмерная худоба.

В 2026 году медиа и соцсети пестрят подборками «пугающе похудевших звезд» — некоторые из них выглядят даже хрупче моделей эпохи 90-х. И что особенно тревожно: знаменитости уже не скрывают, что используют фармакологические препараты вроде «Оземпика». Они задают тренд, — и культ худобы стремительно возвращается.

«По разным оценкам, за последние 20 лет число людей с расстройствами пищевого поведения (РПП) выросло вдвое»,— объяснила «Газете.Ru» доктор социологических наук, профессор кафедры гуманитарных и социальных наук РТУ МИРЭА Светлана Барматова.

Некоторые исследователи отмечают, что культ худобы тесно связан с социальным положением: если раньше, когда еды было мало, о богатстве и высоком статусе говорил живот и явное ожирение, то сегодня, когда еда, особенно высококалорийная типа фастфуда, доступна большинству, худоба перестала восприниматься как признак недостатка ресурсов. Напротив, исследователи говорят о том, что худоба стала признаком высокого статуса в обществе. Например, ученые из Мэрилендского университета установили что сейчас уже стройность воспринимается людьми как символ достатка: ведь это говорит о возможности заниматься спортом, использовать медицинские технологии и покупать здоровую еду (тот же лосось и авокадо), а на все это нужны деньги и время.

«Возникает вопрос: кто и зачем придумал моду на худобу? С точки зрения жизненной рациональности она абсурдна. Истощенная ограничениями женщина — не самый эффективный работник и не самая способная к деторождению мать. Что же первично в этом решении: природное стремление к идеальному телу или сознательный поиск выгоды? Социология отвечает: второе.

Худоба обрастает мифами об «избранности». Сегодня это не просто эстетика, а маркер класса. Достижение «идеала» требует колоссальных вложений — дорогие диеты, БАДы, операции. Девушка, да и мужчина, превращаются в ходячую «витрину» больших денег», — считает Барматова.

В результате этого в соцсетях можно найти множество роликов, в которых люди занимаются спортом по несколько часов, составляют рацион на 1200 ккал (согласно рекомендациям Роспотребнадзора, физиологические потребности в энергии для взрослых — от 2150 до 3800 ккал/сутки для мужчин и от 1700 до 3000 ккал/сутки для женщин) и хвастаются весом менее 40 кг, тем самым подчеркивая, что они лучше других.

Ренессанс анорексии. Как «идеальный вес» в 40 кг победил бодипозитив

«Здесь нельзя не задаться вопросом: чьи интересы обслуживает поддержка культа худобы? Это лобби фармацевтов и маркетологов, продающих таблетки и диеты? Заговор мизогинистов, сводящий женщину к функции украшательства? Или, что еще циничнее, хорошо продуманная стратегия политиков? Ведь человек, «повернутый» на собственной талии, явно не очень интересуется международной обстановкой, социальным неравенством и вопросами справедливости. Нарциссическая фокусировка на теле — идеальный способ атомизации общества», — заметила эксперт.

Как становятся анорексичками?

По оценкам исследователей, проблема РПП затрагивает миллионы людей по всему миру. Согласно анализу данных Global Burden of Disease в 2023 году анорексией или булимией страдали около 18,1 млн человек. С 1990 года количество таких случаев выросло на 71%. При этом в анализ были включены только два типа РПП — анорексия и булимия.

Некоторые виды РПП (они могут возникать как вместе, так и по отдельности):

1. Нервная анорексия — сверхмалое потребление пищи, вследствие которого пациент имеет аномально низкую массу тела (cчитается одним из самых опасных расстройств пищевого поведения (РПП) с точки зрения летальности)

2. Нервная булимия — чрезмерное потребление пищи, после чего следует этап очищения желудка или прием слабительных.

3. Переедание — употребление большого количества пищи за короткий промежуток времени.

4. Дисморфия или дисморфофобия — восприятие своего тела как слишком худого, слабого или обрюзгшего с последующей попыткой избавиться от недостатка всеми доступными способами.

В России оценить масштаб проблемы сложнее: единой общенациональной статистики, которая позволяла бы точно подсчитать всех людей с РПП, недостаточно. В российских научных публикациях приводится ориентировочная оценка распространенности таких расстройств на уровне около 4% населения. Однако ее нельзя считать точным результатом сплошного обследования россиян.

«Если говорить о статистических данных распространенности РПП в России и других странах мира, то можно отметить, что они составляют примерно 5–8% взрослого населения. При этом необходимо учитывать, что это данные лишь по обратившимся за помощью пациентам и тем, у кого есть установленный медицинский диагноз.

В то же время, по данным различных опросов, в России в настоящее время примерно 20% девушек подросткового и юношеского возраста имеют признаки РПП.

В результате ряда исследований нами было установлено, что более 70% девушек в возрасте 25 лет заявляют о недовольстве своим телом, желании похудеть, неоднократно прибегали к различного рода способам похудения — диетам, использованию БАДов и фармакологическим препаратам», — объяснила доцент кафедры юридической психологии и права факультета «Юридическая психология» МГППУ Натия Власова.

Причем часто девушки, которые страдают анорексией, могут не замечать очевидные для других изменения: они смотрят в зеркало и видят не изможденное и худое тело, а толстушку, которой нужно сбросить еще пару килограмм. По словам Власовой, такая неадекватная оценка своего тела — один из симптомов РПП.

«Немаловажным признаком РПП является зацикленность на своем теле. Идеальных форм, как известно, не существует! Любое тело можно бесконечно доводить до совершенства. При этом на пути к данной цели человек руководствуется собственной весьма субъективной оценкой (Вот еще немного похудею и буду выглядеть лучше!). Именно в связи с этим молодые девушки, имеющие критическую массу тела (ИМТ менее 16,0) не могут остановиться и продолжают худеть дальше», — рассказала специалист.

Как рассказала «Газете.Ru» кандидат психологических наук, доцент кафедры гуманитарных и социальных наук Института технологий управления РТУ МИРЭА Елена Шпагина, современная наука рассматривает анорексию как биопсихосоциальный феномен, в котором генетическая уязвимость, нейробиологические особенности, психологические черты и социокультурное давление образуют порочный круг.

«Особенности личности, такие как перфекционизм в сочетании с ригидностью когнитивных установок (неспособностью человека изменить способы мышления, требующие перестройки) и боязнью совершать ошибки становятся уязвимостью для нарушений пищевого поведения на фоне недовольства образом тела и интернализацией идеала худобы. Это не просто знание о модных стандартах, а принятие их как личного критерия ценности: «если я не худая, я менее привлекательна, успешна или достойна любви». Исследования связывают этот механизм с неудовлетворенностью телом, диетированием и симптомами расстройств пищевого поведения», — рассказала специалист.

Она отметила: поведенческим звеном часто становится именно диета.

«При уязвимости личности она может перерасти в жесткое ограничение, страх набора веса и навязчивый контроль тела. Травматический опыт, включая неблагоприятные детские переживания, издевательства и эмоциональное насилие, широко распространен среди пациентов с нервной анорексией и связан с большей тяжестью заболевания. Также люди со склонностью к формированию сверхидей, а в данном случае это сверхценная идея о весе и форме тела, попадают в список предрасположенных к данному расстройству», — рассказала Шпагина.

По словам специалиста, цепочка риска выглядит так:

- социум, реклама и цифровые среды транслируют «худой стандарт» тела;

- человек сравнивает себя с ним и испытывает стыд, тревогу или неудовлетворенность телом;

- возникает мотивация «исправить» тело через диету, ограничения и контроль веса;

- кратковременное чувство контроля и одобрения подкрепляет поведение;

- голодание усиливает тревогу вокруг еды и веса, сужает мышление и делает отказ от пищи все более автоматическим.

По словам экспертов, рост числа больных РПП можно связать с несколькими факторами.

Первый — развитие соцсетей. Они усиливают давление на внешность, поскольку постоянно предлагают пользователям сравнивать себя с другими. Видеоролики о похудении, фотографии до и после, советы по ограничению питания и фитнес-контент формируют представление о том, что тело всегда можно и нужно улучшать. Об этом говорят исследования американских ученых: например, в Карловом университете установили положительную связь между использованием соцсетей и симптомами РПП.

Второй — популярность уколов для похудения, прежде всего семаглутида (действующее вещество «Оземпика» и аналогов). Изначально этот препарат был создан для борьбы с диабетом, но затем, когда стало понятно, что он снижает аппетит, его стали использовать против ожирения. В итоге его начали колоть не по назначению люди без ожирения, которым простым и быстрым способом нужно было сбросить пару килограмм для красоты. При это важно понимать: не «Оземпик» породил культ худобы, общество уже было готово к его возвращению. Препараты лишь сделали радикальное похудение более доступным.

Ренессанс анорексии. Как «идеальный вес» в 40 кг победил бодипозитив

Третий фактор — пандемия коронавируса. Изоляция, нарушение привычного распорядка, тревога за здоровье и неопределенность могли усилить психологические факторы, связанные с нарушениями пищевого поведения. Канадские ученые установили, что во время пандемии количество госпитализаций пациентов с РПП в среднем увеличилось на 48% по сравнению с допандемийным периодом. Считается, что пандемия могла обострить уже существовавшие проблемы, усилить тревожность и сделать уязвимых людей более восприимчивыми к давлению окружающей среды.

«Действительно, в условиях пандемии COVID-19 был зафиксирован рост случаев расстройств пищевого поведения. Данная ситуация долговременного воздействия стресса, в которой оказались люди, спровоцировала формирование и развитие различных форм защитных реакций. Утратив возможность регулировать влияние внешних факторов, человек пытается стабилизировать свое эмоциональное состояние за счет внутреннего контроля, усиливать свое внимательное отношение, в том числе и к приему пищи. Кто-то начал «заедать» стресс, а кто-то наоборот для повышения самооценки, получения позитивных эмоций, положительного отклика окружающих перенаправил свои ресурсы на процесс похудения», — объяснила Власова.

И четвертый — «культура нытья». В социальных сетях страдание иногда превращается в часть публичного образа. Истории о жестких диетах, изнурительных тренировках и борьбе с собственным весом могут получать одобрение аудитории, превращая самоограничение в своеобразное достижение. Американские ученые установили, что социальное признание пережитой боли и ограничений может становиться источником статуса и способом получить поддержку. Этот феномен получил название «культура жертвенности».

Цена красоты — смерть

Но главная опасность РПП кроется не в низкой самооценке, а в том, что часто эти состояния приводят к смерти. Причем риски связаны как с тяжелыми соматическими осложнениями (длительное нарушение пищевого поведения приводит к системному дефициту питательных веществ, что нарушает работу практически всех органов и систем), так и с суицидальным поведением (РПП часто сопровождаются депрессией, тревожным расстройством).

Причем анорексия считается одним из наиболее опасных психических расстройств с точки зрения риска преждевременной смерти. Причина в том, что она одновременно затрагивает психику и практически все системы организма.

Основные механизмы смертности.

- Сердечно-сосудистые осложнения. Из-за истощения сердечная мышца ослабевает, возникают нарушения ритма, возможна внезапная остановка сердца.

- Нарушение электролитного баланса. Дефицит калия, магния и фосфора может приводить к опасным аритмиям и отказу органов.

- Полиорганная недостаточность. Длительное недоедание нарушает работу почек, печени и других органов.

- Суицид. РПП сопровождаются повышенным риском самоубийства, что также увеличивает общую смертность.

Как рассказала заведующая кафедрой психиатрии и наркологии Сеченовского Университета, член-корреспондент РАН, доктор медицинских наук, профессор, заслуженный врач РФ Марина Кинкулькина, экстренная госпитализация необходима при индексе массы тела ниже 16, обезвоживании организма, нарушениях в работе сердца, например, снижении частоты сердечных сокращений, аритмии. У людей с анорексией нередко развиваются тяжелые электролитные нарушения — это жизнеугрожающее состояние. При появлении любого из перечисленных симптомов необходимо немедленно вызывать скорую помощь.

«Главная трудность — это отсутствие критики к болезни у самого пациента.

Даже при сильном истощении человек с анорексией не считает себя больным, он убежден в своей правоте и сопротивляется лечению. В стационаре пациенты могут имитировать прием пищи, тайком избавляться от еды и убеждать врачей в своем мнимом благополучии.

Мешать выздоровлению может и неправильное поведение близких. Особенно сложной ситуация бывает в тех семьях, где существуют собственные культы внешности, худобы или нездоровое отношение к еде. Однако если семья понимает проблему и готова к изменениям — применяет рекомендации врача на практике, меняет внутрисемейные установки и модель поведения, — это становится важнейшим прогностическим признаком успеха. Именно поэтому работа с близкими, особенно в случае с подростками — необходимая часть терапии», — заметила специалист.

Важно понимать, что РПП не определяется только внешним видом или показателями на весах.

Ренессанс анорексии. Как «идеальный вес» в 40 кг победил бодипозитив

«РПП не всегда сопровождаются заметными изменениями массы тела. Человек может внешне выглядеть здоровым, продолжать учиться, работать и вести привычный образ жизни, но при этом испытывать выраженные психологические трудности, связанные с едой и собственным телом», — рассказал врач городской поликлиники №195 Депздрава Москвы, автор блога о диетологии Руфат Панахов.

Возвращение моды на экстремальную худобу вызывает тревогу у специалистов. Опасность состоит не в том, что все, кто стремится похудеть, обязательно столкнутся с РПП, а в том, что общество вновь начинает воспринимать строгие ограничения, постоянный контроль веса и недовольство своим телом как неотъемлемые элементы успешной жизни.

Валерия Бунина

Подробнее ➤

Понравилась публикация?
1 / 0
нет
0 / 0
Подписаться
Донаты ₽
Главная
Коллективные
иски
Добавить Видео Опросы