Дети находятся в кризисе психического здоровья. Нам нужна реальная помощь, а не войны.

Мы становимся безопаснее и здоровее, когда у нас есть школьные психологи и социальные работники, которые обучены поддерживать эмоциональные потребности учащихся, а не пренебрегать ими или делать вид, что их не существует.

Это был январь 2021 года, после долгого дня в виртуальной школе, и холодное чувство сильного ужаса и необъяснимое ощущение, что я собираюсь умереть, поселилось во мне.

Я в безопасности в своем доме - я вижу свет, когда мама работает внизу, - но я чувствую, что нахожусь в опасности. Я пробираюсь в свою комнату, выключив свет, и сажусь на кровать. Дыхание становится трудной задачей; все спокойствие, которое я испытывала, превращается в панические, тяжелые вдохи, и чем больше я пытаюсь исправить себя, тем сильнее становится приступ.

Только когда я вставляю в уши наушники и включаю песню, я наконец успокаиваюсь. Я раскачиваюсь взад-вперед, пока слезы не прекратятся, затем поднимаюсь на ноги. Это была моя первая паническая атака. На неизведанной территории я чувствовала себя катастрофически одинокой.