Великое «четвертое место»:У конкурентов нет шансов догнать нас

Как Россия упорно не замечает, что бежит на месте

Фото:

О, присядем на минуту в священном трепете. Свершилось. Кремлевские аналитики и «эксперты» с радио «Комсомольская правда» могут выдохнуть: катастрофы не случилось. Россия, к всеобщему облегчению и дикому ужасу загнивающего Запада, осталась на четвертом месте в мире. Конкуренты — утритесь. Вам, Япония и Германия, теперь даже не пытайтесь.

Как вам такое, господа из МВФ? Плакали ваши рейтинги?

Откроем главный секрет этого феноменального успеха. Дело не в росте производства, не в инновациях и не в производительности труда (прости господи, какие слова). Дело в магии. В великом и ужасном Паритете покупательной способности.

Для тех, кто не в курсе: ППС — это такая волшебная палочка, которая позволяет сделать вид, что дешевая российская стрижка в подвале за 300 рублей и дорогая стрижка в Мюнхене за 50 евро — это одно и то же. Это метод, обожаемый отечественными пропагандистами: сравнивать то, что нельзя сравнить, и выдавать желаемое за действительное. Если доллар официально стоит 100 рублей, но на рынке он «стоит» 200, — к черту рынок, мы возьмем удобный доллар.

И вот, вооружившись этим «объективнейшим» показателем (мнения экономистов расходятся, но зачем нам их мнения?), РИА подсчитало: ВВП по ППС вырос с $6,97 трлн до $7,26 трлн. Ура, товарищи! Можно записывать в лавры.

Стоп. А что там с реальными доходами населения? С доступностью той самой стрижки и буханки хлеба для обычного человека, чья зарплата в реальном выражении то падает, то замерзает? Ах, не отвлекайтесь! Мы говорим о великом противостоянии гигантов.

Особенно умиляет перл достопочтенного Максима Чиркова из Государственного университета управления. Этот смелый экономист заявляет в эфире, что у Германии и Японии «нет шансов догнать» Россию.

Давайте протрем очки, господин Чирков.

Пока вы гордитесь тем, что вас не догоняет экономика, которая уже была впереди и просто поскользнулась, в реальности творится следующее:

1. Япония производит роботов, микроэлектронику и сложнейшие станки. Россия производит «ресурсы, электроэнергию и топливо», которые, по вашему же заявлению, становятся дешевле. Поздравляю. В экономическом словаре это называется «проклятие сырья», а не «рост конкурентоспособности». Стать конкурентоспособным за счет того, что всё дешевеет — это как хвастаться победой в марафоне, потому что у вас сломались ноги, а у соперников их отрезали.

2. Германия, даже в своем нынешнем кризисе (который они, кстати, переживают без массовой мобилизации предприятий ВПК на голодном пайке для населения), производит станки и автомобили, которые покупает весь мир. А Россия… ну, Россия учится штопать «Боинги» автогеном и продает Китаю лес за «дружественные юани», которые тут же тратит на те же самые немецкие станки по параллельному импорту. Где тут чье превосходство — вопрос риторический.

Но самое «аккуратное» и, я бы сказала, клиническое откровение от Чиркова впереди. Он обещает нам «существенный экономический рост в 2026 году» за счет смягчения кредитно-денежной политики.

Господин экономист, вы случайно не с Марса? Чтобы смягчать политику и снижать ставку, нужна побежденная инфляция. А у нас инфляция (официальная, даже не настоящая) жрет зарплаты быстрее, чем чебуречная — студенческую стипендию. Вы предлагаете ЦБ снизить ставку, чтобы бизнес снова взял дешевых кредитов? А куда он их вложит? В импортозамещение iPhone? Или в очередной «налог на выход» для уходящих компаний?

Эта эйфория от «четвертого места» напоминает радость утопающего, который хватается за соломинку и кричит: «Я выше всех по пояс в воде!». Оглянитесь вокруг. Впереди Китай (экономика-фабрика), Индия (самый быстрорастущий гигант) и США (вечный локомотив). А мы гордо стоим на пьедестале «четвертых» пятый год подряд.

Пятый год! То есть никакого роста в мировой иерархии не происходит. Мы застряли между прошлым и вечностью. Япония и Германия действительно, возможно, никогда не займут наше место — потому что они уже были на совсем другой, технологической планете. А мы, сидя на трубе с ресурсами и считая, сколько буханок хлеба можно купить по ППС, будем еще долго тешить себя мифом о «конкурентах, у которых нет шансов».

Шансов нет только у одного — у трезвого взгляда на реальность. Но пока у нас есть «эффективные менеджеры» вроде уважаемого Чиркова, мы так и останемся великой нефтяной лужицей, рефлексивно измеряющей свое величие в долларах по паритету, которых у нас нет.

Источник: